Проснись знаменитым или Креатив жжот!     Проза сезона

Проза сезона

Добавлено: 19.07.2010 02:12
Автор: Осадчий В.Н.
\"Фантом\", ч. 19
Мы приехали к бару, Анька пошла в другой вход, а я пошел в основной, заказал себе столик и выпивку. Через некоторое время я уже видел ее, разносящей подносы со спиртным, периодически, мы улыбались друг другу, и так же периодически она приносила мне выпивку. Вечер был нормальным, хорошая музыка и хороший контингент, не такой, как описывала Анька, я был доволен.
Время летело незаметно, уже было где–то около часа ночи, люди потихоньку стали расходиться, появились даже свободные столики, даже странно, вроде бы суббота, а люди расходятся, подумал я, ну ничего, скучно не будет, сейчас должна молодежь придти, так как дискотека идет до часа, как раз тут можно догулять очень даже не плохо. Не успел я про это подумать, как действительно, пришло много молодежи и опять все столики были заняты, опять музыку сделали погромче и сменили репертуар, так как молодежь себе заказывала то, что им по душе. Я не был против их музыки, так как в их репертуаре был неплохой рок и хорошие темы из других музыкальных направлений.
Вечер продолжал проходить в своем русле, как вдруг, я заметил, что через два столика у одной из компании начались проблемы с другой компанией, сидящей рядом, но самая большая беда была в том, что между собой разбирались девушки, а это было большим минусом для меня, в эти драки я предпочитал не влазить, думаю, что дорогой читатель, ты понимаешь, о чем я говорю. Я на собственном опыте познал, что значит залезть в женскую драку. Не буду ее описывать полностью, расскажу только то, что было в конце. А было следующее, я, вместе со своим приятелем был поцарапан полностью от рук до лица, мы, глядя друг на друга, поняли, что нам, разнимающим, досталось больше, чем дерущимся. Кожа на руках и лице воспалилась и ныла несколько дней, после этого, нас с приятелем, как бабка отшептала, больше в женские драки мы не лезем. Все, одного раза было больше чем достаточно. Но это не значит, что я оставался равнодушным к женским дракам, нет, для меня это чисто с человеческой моральной точки зрения имело большое значение, вот сейчас они подерутся, и испортят себе эти милые мордашки, останутся шрамы и тому подобное, ну зачем портить такие прекрасные личики. А между тем дело принимало серьезный оборот, девчонки вскочили из–за столиков и кинулись друг на друга, их парни даже ничего не успели сделать. Через несколько секунд они уже валялись на полу, вцепившись друг–дружке в волосы. Как назло в зале не было охраны, видимо, они пошли на прокурку, и некому было разнять эту дерущуюся парочку. Я подбежал и прокричал парням, что бы их растянули, но видимо, это были не те парни, которые были в мое время, в мое время этой драки даже бы не допустили. Они сказали мне, что разберутся сами, что бы я не влазил. Я не ожидал такого ответа и полез сам разнимать девчонок.
Схватив первую попавшуюся, я с силой выдернул ее из объятий другой девушки. Но та, настолько сильно вцепилась в свою соперницу, что я их выдернул вместе. Моих сил оказалось достаточно. Поставив их на ноги, я сказал парням, что бы они забрали своих бойцовых девок и успокоились, что не нужно портить хороший вечер остальным людям. На что они мне в грубой форме сказали, что это не мое дело. Я не стал ничего говорить и просто сел на свое место. Эврика – ни одной царапины, ну слава Богу, а то бы пришлось опять ходить с расцарапанной мордой.
Через секунду в зале появились охранники, видимо, кто–то из официантов их позвал, но их помощь уже не понадобилась. Компании сидели, каждая за своим столиком и догонялись водярой. Это не есть хорошо, думал я, так как водка она вроде бы и хороший успокоитель, но с другой стороны, может быть сильнейшим раздражителем, но вроде бы они не ругались больше, я все же продолжал за ними наблюдать.
Через несколько минут ко мне подошла Анька и начала ругаться, что я влез в драку, хотя обещал ни во что не вмешиваться. Я постарался ей объяснить, что мое вмешательство было просто необходимым, что девушкам еще лет по семнадцать-восемнадцать и что негоже им царапать и бить друг другу морды, тем более, что охранников не было, а их пацаны - полные уроды. Потом, я показал Аньке свои руки и лицо, сказал, что ни единой царапинки нету, что даже мой спортивный пиджак, который я купил за триста долларов не пострадал, чему я был крайне рад, пусть лучше уже лицо бы поцарапали, чем испортили пиджак, он мне очень нравился. Я купил его в точке, которую мы контролировали, вернее мой шеф, за триста долларов, а стоил он – пятьсот. Мне, как работнику точки, хоть и внегласному, барыга сделал скидку в двести долларов. А что, приятно, когда людям делают скидку в сто рублей, а мне в двести баксов. Анька выслушала мою болтовню и пошла работать дальше, при этом сказав мне, что бы я больше к ней в бар не ходил, а то вокруг меня почему–то постоянно происходит сплошное насилие. Я, разумеется, пообещал, что не буду ходить в ее бар, а буду ходить в ближайшую тошниловку под названием «Встреча», там гораздо безопаснее и комфортнее отдыхается, чем у нее в баре, за что и получил перед ее уходом шлепок по голове.
Вечер шел своим чередом, но оказывается, бойцовские девки не успокоились, догнавшись спиртным, они опять начали бросать друг другу разные оскорбления и дело опять начало попахивать дракой, только на этот раз уже более серьезной, так как спиртного было выпито огромное количество и оно действовало не как успокоитель, а как раздражитель, что я и говорил раньше. Теперь уже и парни, сидящие за столиком начали огрызаться на парней с другого столика и это попахивало коллективной дракой. Охранники на этот раз были здесь и как только молодежь попыталась схватиться в баре, к ним тут же подскочили и вытолкали обе компании на улицу, после чего охранники вернулись и продолжили заниматься своим основным делом – глазеть на девок и создавать видимость работы.
Ну что тут сказать, подумал я, это было плохо, так как на улице молодежь могла просто друг друга поубивать, выпитое спиртное бушевало в их организмах, теперь они точно не успокоятся. Я снял пиджак и повесил его на спинку стула. Посмотрел, что Аньки нету, я выше на улицу и увидел, что идет драка, между теми же девчонками, а парни, стоят друг с другом, что-то выясняют. По их словам, я понял, что сейчас, после драки девчонок будет их драка, и ее уже никак не избежать. Трудно, что–то доказывать пьяным людям. Я знал, что если я не вмешаюсь, все будет очень плохо, я зашел обратно в бар и попросил охранников вызвать милицию, что бы компании эти развели по углам, так сказать и ничего не случилось. Охранники на меня странно посмотрели и сказали, что это уже не их территория и что эти малолетки могут делать, что захотят, им насрать, пусть хоть головы друг другу посносят. Что оставалось делать, я обложил матом охранников и позвонил в милицию сам, мне пообещали, что скоро приедут и сказали ждите. Конечно, хорошо говорить, ждите, видели бы вы, что там делается!
Я не стал медлить и вышел опять на улицу, на моих глазах произошло следующее. Одна девушка, проигрывала бой, ну попало ей конечно хорошо, и тут, произошло самое плохое, один из ее дружков ударил с ноги в лицо ее сопернице, после чего та вырубилась на неопределенный срок. Это была полная жесть! Незамедлительно за нее вступились ее друзья и началось коллективное месиво. Я подскочил к ним, вытащил девушку, одну, затем другую, начал оттаскивать парней, но тут произошло самое плохое, что со мной могло случиться на тот момент. Когда я вытягивал очередного засранца, сзади ко мне подошла девушка, которая проигрывала бой и за которую вступились друзья и идет сейчас вот эта драка, сняла туфлю и ударила меня шпилькой с набойкой прямо в голову. Что я могу сказать, шпилька оказалась острой и из головы потекла кровь. Я, конечно, не вырубился, только смог оттолкнуть ее и все, по прежнему пытался разнять, а кровь тем временем заливала мне глаза, я плохо стал видеть, у меня закружилась голова, в свете всех событий, усталости, депрессии и навалившихся проблем я не устоял на ногах и рухнул на землю, падая слышал шум сирен милицейских машин, которые уже неслись по моему вызову, затем, сознание отключилось и я впал в забытие.
Очнулся я уже в больнице, с перебинтованной головой. Рядом стояли мать и Анька. Мать плакала, Анька, как только я открыл глаза сказала, что она мне покажет, когда я выздоровею. Я улыбнулся и успокоил их, сказал, что со мной все в порядке, и что я, наконец–то выспался, так хорошо, что и не описать, главной причиной моего хорошего отдыха послужило то, что мне не снились сны, а за эти спокойные сны, сказал я, я готов еще раз получить шпилькой по голове!
- Дурак, - сказала Анька и села ко мне на кровать. - С тобой точно все в порядке?
- Да я же сказал, что все отлично, мам, иди работай, ты же на дежурстве должна быть, будь рядом с теми, кому действительно нужна помощь.
-Мать увидела, что со мной действительно все в порядке, пошла к своим пациентам.
Я остался наедине с Анькой. Она тут же начала читать мне морали, но я ее остановил, сказал, что болит голова и что когда она говорит громче обычного у меня стреляет в висках. Она перестала ругаться, но сказала, что этот разговор не закончен, что когда я отсюда выйду то мне полный капут настанет.
- Кстати, Ань, когда я выхожу?
- Скоро, как только пройдешь обследование.
- А что за обследование? - спросил я, - я вроде бы уже проходил медкомиссию совсем недавно.
- Не знаю, главврач заходил к тебе утром, сказал, что тебя знает и что ему не безразлично твое здоровье, вот решил тебе сделать полное обследование.
Даже с больной головой я понял, что это обследование не случайно, уж не захотели ли меня пусть на органы, наши добрые эскулапы? Ладно, думал я, сейчас я пройду обследование, что бы не вызывать подозрений, но органы вы от меня получите только через мой труп. Нужно было бы немедленно сказать это отцу, но у меня не было мобильника, да и Анька пока не собиралась уходить. Ладно, скажу ему об этом позже решил я, а сейчас лучше поболтаю с Анькой. У нее сегодня был законный выходной и она оставалась со мной аж до того момента, пока меня не позвали на процедуры. Я сказал ей, что она может идти домой, что я потом ее навещу, как только выйду из больницы. Она ушла, а я отправился в процедурный кабинет для сдачи анализов.
Я зашел в кабинет и у меня начали брать анализы. Брали кровь на все подряд, столько взяли, что меня аж тошнить начало, но это не от потери так сказать, просто от того, что я не очень любил эти процедуры. Потом, медсестра мне вручила банку из под майонеза и сказала идти сдавать анализ мочи. Бля, только этого еще мне не хватало, ссать, как на зло не хотелось, хоть ты проси кого, чтобы мне помочился в банку, как делали раньше мои приятели, чтобы откосить от армии. Походив немного, я сделал свои дела и вернулся обратно в процедурную, думал, что на этом мое обследование закончится, но не тут–то было! В нагрузок ко всем анализам, меня отправили по всем кабинетам для тщательнейшего обследования сердца, желудка, почек и всего остального. Я, как увидел, весь список врачей, которых мне нужно было обойти, чуть с ума не сошел, хотел для вида даже в обморок хлопнуться, чтобы отнесли в палату и не трогали, но потом подумал, тогда вообще домой не отпустят да и мать будет страшно за меня переживать. Что оставалось делать, а ничего, нужно было идти по кабинетам. Ходил надо сказать я долго, в самую последнюю очередь, пошел в кабинет к главврачу, он был очень рад меня видеть, сказал, что это его инициатива обследовать меня, что если я друг его друга, значит я и его друг тоже, тем более, что я оказал ему огромную услугу, убедив Федорова не уходить из больницы.
Я однако уже устал от всех этих разговоров и процедур. Послушав еще немного болтовню главврача я спросил, когда меня смогут выписать, сказал, что со мной уже все в порядке и попросился домой. Главврач сказал, что причин держать меня в больнице нету и что я могу идти домой, только нужно будет приходить каждый день на перевязку и через неделю мне уже должны будут снять швы, их было вроде бы пять. Я сказал, что буду приходить и попрощавшись пошел домой. Выйдя из больницы меня уже ждала машина, это был сам начальник милиции Скворцов.
- Ну наконец–то, - сказал он выходя из машины, я уже заждался. Мне сказали, что ты проходишь процедуры, все прошел, у тебя все в порядке?
- Не знаю, я же не врач, там они пусть решают, глядя на мои анализы и показатели, а так, чувствую себя хорошо, только пить очень хочется.
- Какие проблемы, поехали в бар, посидим, поговорим, отдохнем.
От слова бар, меня опять начало мутить, как от сдачи анализов.
- Нет, знайте, давайте лучше просто купим чего–нибудь в магазине и пойдем просто прогуляемся.
- Ну и прекрасно, сказал Скворцов, предлагаю поехать за город и посидеть на природе, тем более, есть, что обсудить.
- Хорошо, сказал я, поехали за город.
Мы заехали в магазин, купили сока и поехали за город. Доехали достаточно быстро, кстати, приехали на то место, где мы недавно были с отцом, видимо, это место нравилось всем, даже таким негодяям, как Скворцов и ему подобным.
- Ну что, располагайся, больной, рассказывай, как с тобой такое могло произойти. Нет, я уже все знаю, но почему ты не позвонил моим пацанам, чего сам полез в драку, я же тебе говорил, что тебе драться не нужно, есть люди, которые это делают лучше и с полномочиями, это мои коллеги, младшие по званию.
- Да не было времени думать, Павел Алексеевич, все произошло так быстро, что я даже и сообразить–то не успел.
- Да на фиг ты вообще туда полез, пускай бы эти придурки хоть поубивали друг друга, а если бы они тебя битой по голове приложили, ты представляешь, что бы было? Ты для меня очень ценен, я на тебя возлагаю большие планы, так что твоя безопасность превыше всего, нечего тебе разнимать всяких дураков. Больше не смей так делать!
- Хорошо, не буду, да этого бы не произошло, если бы охранники бара мне помогли, а то я один задолбался их разнимать, я бы среагировал, но темно было, да и врядли мог подумать, что меня приложат так по голове, да еще и кто, сопливка какая–то.
- Сейчас такая молодежь, что просто ужас, они кого хочешь могут приложить. Ладно, я с ними разберусь, завтра им мало не покажется, будут ходить у меня с мамами и папами гулять, я им устрою!
- Не надо ничего устраивать, все в порядке, ну было и было.
- Как это не надо, надо проучить, чтобы знали, как себя вести в общественном месте, да и пусть вообще думают, на кого рыпаются!
- Я прошу вас, Павел Алексеевич, не нужно принимать никаких мер, со мной же все в порядке, да и не об этом нужно думать сейчас.
- Ну как знаешь, ты вообще молодец, думаешь только о деле, я еще и сказать ничего не успел, как ты уже постепенно перевел разговор на наши общие с тобой дела.
- Как думаешь, сможешь восстановиться за 12 дней?
- Без проблем, восстановлюсь за семь, голова уже скоро болеть перестанет, я еще и не так получал.
- Ну и отлично, я хочу, что бы ты был максимально готов к поединкам. Я на тебя поставлю крупную сумму денег, так что не подведи меня.
- Не сомневайтесь, не подведу.
- А где все же это будет проходить и кто мой соперник.
- Андрюх, ну откуда же мне это знать, все это решают другие люди, например, где это будет проходить, а с кем, тут уже жеребьевка.
- Скажите, а оружие, можно выбирать любое?
- Абсолютно, все, кроме огнестрельного. Хоть бери себе японский трезубец, для рыхления риса, дело твое, главное, что бы ты победил.
- Знаете, я никогда не дрался на такого рода боях, я не уверен, что смогу убить кого–нибудь, я никогда этого не делал.
- Ну это проще простого, тем более, что если ты не убьешь, убьют тебя, так что выбор у тебя не большой, скажу больше, у тебя его вообще нет.
- Ну а если нокаут, до полного отплыва?
- Ну это не реально, учитывая то, что в основном спортсмены выбирают себе колющее оружие мечи, кинжалы, тесаки и все прочее.
- Да уж, нокаутом действительно будет закончить проблематично.
- Да не парься ты, Андрюх, за такие деньги, что ты получишь, можно не только убить, но и изнасиловать мертвое тело, - Скворцов захохотал. - Шутка, - потом прибавил он.
- Ну и шуточки у вас, Павел Алексеевич!
- А почему бы и не шутить, все же лучше чем грустить, а Андрюх?
- Да, шутка лучше брани, - сказал я и улыбнулся.
- Ну что, пора бы уже и по домам ехать, куда тебя подбросить?
- Если можно, то к бару, у меня там машина осталась, нужно мне ее забрать, не стоять же ей там.
- Хорошо, садись, поехали.
Мы сели в машину и поехали в сторону бара. По дороге я решил спросить, а почему же все таки он выбрал меня для участия, почему не взял кого–нибудь другого, на что Скворцов сказал, что у него был один хороший боец, но по состоянию здоровья он драться не может и вообще, он уехал в другой город на постоянное место жительство.
Да, странно, подумал я, странно, что ему дали просто так уехать, ну да там кто его знает, может и уехал, ведь мало ли какую травму он получил, да и запугать могли так, что он ни в каком городе и не при каких условиях никого не выдаст.
- Ну что, Андрюх, приехали, твоя вон та машина стоит?
- Да, моя, не угнали, слава Богу.
- Ну, твою машину вроде бы угнать не должны, тебя по ходу все знают, да и у моих людей никогда ничего не угонят, уверяю тебя.
- Спасибо, Павел Алексеевич, до свидания сказал я и пожав ему руку вышел из машины.
Я пересел в свою машину и поехал домой. Дома меня уже ждал отец, ничего мне вычитывать не стал, наоборот, выслушав меня, сказал, что я поступил правильно и что на моем месте он бы сделал так же.
Справившись о моем здоровье, отец пошел разогрел еду и посадил меня есть. Есть честно сказать мне не хотелось, так как во рту еще ощущалась тошнота.
Немного поковырявшись в еде я отставил ее в сторону и сказал отцу, что меня навестил в больнице Скворцов и очень интересовался, смогу ли я участвовать в боях, после полученной травмы.
- Ну а ты что, сказал что сможешь?
- Конечно, мне все равно же не драться, даже если бы мне и пол–головы снесли, я бы все равно сказал, что готов к бою.
- Ну и правильно, пусть строят планы суки, будет им баня с веником!
- Точно, батя, баню мы им обеспечим.
- А что шефу скажешь, завтра ведь на работу надо.
- Да позвоню утром и скажу, что получил травму, шеф поймет, тем более, мне завтра на перевязку с утра, врачи наказали являться во время. Да, кстати, по указанию доктора я прошел полное обследование, даже странно как–то. Смотрели тщательно и основательно. Меня даже в когда шел в армию так тщательно не проверяли!
- Странно, с чего бы это. Мне это не нравится. У меня знаешь, такие черные мысли по этому поводу в голове.
- Отец, не нужно мыслей, тем более, что они имеют материальную основу, надеюсь, что это просто обследование, в знак доброго ко мне расположения, так мне сказал доктор.
- Ладно, будем думать, что это просто обследование, кстати, а когда ты узнаешь его результаты?
- Да на днях, батя, сказали, чтобы зашел в среду, там все и скажут, сам главврач огласит результаты.
- Какая честь, сын! Еб т…. - отец длительно выругался.
- Ладно, бать, пойду я немного поваляюсь да нужно будет уже ехать к Аньке, от нее люлей получать, сейчас меня распнут.
- Чего это, что опять не так чем она не довольна, что ее парень оказался мужиком, когда остальные зассали?
- Да нет, бать, она то это ценит, просто очень за меня волнуется.
- Ладно, но не позволяй на себя орать бабе, все таки мы, мужики, главные по жизни и мы решаем, когда и за кого заступаться.
- Хорошо, бать, пойду я прилягу.
- Давай, иди отдыхай, а я тут еще во дворе поработаю.
Я пошел лег на кровать и включит кино, решил поваляться немного, посмотреть телик, а потом позвонить Аньке.
Лежать, надо было сказать не очень удобно, рана начала ныть. Я постоянно трогал место, куда мне подло нанесли удар, пытался его почесывать, но так было еще хуже, не мог ни на чем сосредоточиться. Ну какое тут может быть кино, если у тебя пробита башка? Я встал, взял телефон и позвонил Аньке. Попросил ее выйти, как обычно на улицу, сказал, что подъеду, но она не соглашалась выходить, так как считала, что мне в настоящий момент, нужен покой и отдых. Еле уломал ее, чтобы она вышла погулять, сказал, что если не выйдет, пойду обратно в бар и напьюсь с горя, что моя девушка не желает меня видеть в этот день. Выслушав по телефону безматерную ругань в мой адрес, кстати, Анька ни разу за все наши встречи не ругнулась матом, что мне в ней очень нравилось, так как нынешние девушки кроют матом хуже чем парни, она сказала, чтобы я готовился, что в реале у нее со мной будет разговор. Я пообещал, что буду слушать в свой адрес все укоры и молчать, как провинившийся ребенок, но только потом, так как сейчас, врачи сказали, мне нельзя быть в местах, где много крика и шума и если она все же хочет мне почитать морали, то сделать она это сможет не раньше чем через неделю. А это и хорошо, через неделю она уедет, даже меньше и все забудется, не люблю, когда мне читают морали, да и вообще, кто это любит? Мы обсудили время, когда встретимся и я пошел приводить себя в порядок.
От меня тянуло больницей, я терпеть не могу этот запах, пролежал–то всего лишь денек, а запах впитался так сильно, будто–бы валялся там месяц, не выходя на улицу. Приняв душ, я почувствовал себя легче, жаль, что голову нельзя было мочить, возможно, холодная вода придала бы нужный тонус и про дырку в голове можно было бы забыть аж до самой перевязки. Но нет, врачи запретили, так что чистым я мог себя считать только на половину. Я вышел из душа, так как мне уже стало гораздо легче решил пойти поесть, почти сутки не ел и нужно было заправиться. Перекусив с родителями, выслушав нотации матери по поводу всех баров, что нечего туда ходить я быстренько переоделся и побежал на встречу с Анькой. Сел в машину и опрометью к ней помчался.
Анька, как обычно ждала меня на улице, я открыл дверь и она села ко мне в машину.
- Ну здравствуй, Ань, ты по мне соскучилась?
- Иди ты знаешь куда, сказала она, правда очень шутливо.
- Ань, ну пойми ты, ну не мог я туда не влезть.
- Да у тебя вечно куча причин, там были охранники, которые бы вызвали милицию и этих бы драчунов разняли без тебя.
- Ань, никто и никого бы не вызвал, пойми, я подошел к охранникам и попросил мне помочь, они послали меня и сказали, что это уже не их территория и что они, драчуны, могут там друг друга хоть поубивать, и что мне оставалось делать, ну скажи, стоять и торговать лицом, когда две малолетки избивают друг друга?
- Все равно, это не повод вмешиваться, а если бы тебя убили, ты же знаешь, какие в нашем городе живут люди и на что они способны, любой наркоман, дал бы тебе по голове куском железа, или как сейчас пишут в криминальных новостях, молотком, очень удобное средство для нанесения смертельного удара и все, ты бы уже со мной не говорил.
- Ань, ну ничего же не произошло, ну подранили меня, ну и что, ну с каждым может такое случиться, с каждым нормальным человеком, которому не безразлично, что рядом с ним творится такая жестокость, меня родители так воспитывали, что людям нужно помогать и за девочек всегда нужно заступаться.
- Знаешь, не за каждую девочку нужно заступаться, сейчас такие девочки, что сами лезут на рожон больше, чем парни, я сама девушка и знаю таких примеров великое множество. Одни мои подружки по работе чего стоят, это они на работе вежливые и приветливые, а когда гуляют, могут так отжечь, что тебе и не снилось, каблуком бы они тебя бить не стали, пожалели бы каблуков, а вот бутылкой из под шампанского дали бы запросто и тогда бы ты не отделался так легко. Как–то они разбили бутылку на голове одного парня, который пытался подойти к ним познакомиться, так тот пролежал в реанимации несколько дней, еле-еле в себя пришел, больше не будет так наглеть. Он то думал, что если девчонки выпили, то стали гораздо доступнее, ну может оно так и есть, только не в этой компании, в чем он лично и убедился.
- Да, крутые у тебя подружки, хорошо, что предупредила, а то бы и я полез знакомиться к этим монстрам.
- Тебе все шутки, а я тебе серьезно говорю, прекращай влезать в драки, пускай придурки сами разбираются, если они не могут просто выяснить отношения на словах, фиг с ними, пусть метелятся и разнимать их не стоит.
- Ладно, Ань успокойся, поехали ка мы погуляем куда нибудь, предлагаю пойти в детское кафе и поесть мороженого, ну там–то уже, надеюсь, драк не будет, там не продают спиртное и люди туда приходят цивильные, так что драк там быть не должно.
- Поехали, там вроде бы спокойно, и вообще, больше в наш бар не приходи, если куда и будем с тобой ходить, так в это кафе мороженого.
- Да брось, Ань, чего не приходить, мне понравилось, ну я же не ребенок маленький ходить по кафе где продают мороженое, хочется послушать цивильной музыки, пообщаться с друзьями, мои коллеги, кстати, обожают бар, где ты работаешь, считают его одним из самых цивильных в нашем городе.
- Оно может и так, но твои коллеги никогда не дерутся, по крайней мере я их никогда не видела дерущимися.
- А ты их разве знаешь?
- Да, одна из моих знакомых встречается с Глебом, так что я знакома со всей вашей бригадой.
- Ясно, ну и как тебе мои пацаны?
- Нормальные вроде бы ребята, любят пошутить.
Да, подумал я, видела бы ты их в деле, так бы не говорила, особенно, самый большой шутник среди них это Иван, ну б его к такой–то матери с такими шутками. Знала бы ты, как он шутит с барыгами, ты бы в обморок упала. Ну да ладно, не буду в этот день думать про этих отморозков, хочется нормально закончить вечер.
- Ладно, Ань, мы почти приехали, готова охладить горло или лучше к тебе поедем, в твоем баре веселее будет!
- Ну, ну, пошути мне, вообще больше никуда с тобой не пойду.
- Ладно, Ань, успокойся, давай ка выходи и пошли есть мороженое, обожаю мороженое, а ты?
Анька молча посмотрела на меня, но ничего не сказала. Мы зашли в бар, сели за столик и стали ждать свой заказ. Тут меня Анька еще обрадовала, я чуть не подавился принесенным мне мороженым.
- Слушай, Андрей, мне нужно тебе кое что сказать, ты, я надеюсь, не очень расстроишься?
- Говори, что еще произошло?
- Ну это касается этих неприятностей в баре.
- А что такое, что может меня расстроить больше пробитой головы? На меня что, заявление в милицию накатали, за то, что я разнимать полез? Я рассмеялся. Ну говори, Ань, не тяни.
- Даже не знаю, как сказать тебе, Андрей, ну… - Анька на несколько секунд замолчала.
- Ну говори, Ань, не тяни, с улыбкой сказа я.
- Андрей, у тебя украли твой пиджак, когда я подошла к столику, за которым ты сидел, что бы забрать его со стула, ты же его туда повесил, так вот, его уже там не было, у него выросли ноги.
- Еееее!!!!! - Выругавшись одной буквой прокричал я. - Ну что за херня. Блин, этот пиджак мне дорог, как память, мне он очень нравился. Такого мне больше не купить.
- Прости, я не уследила, он был дорогой, очень?
- Да, стоил 300 баксов, а на самом деле 500, мне сделали скидку на него, так как предприниматель, которые его продавал, мой хороший приятель.
Бля, знала бы она какой он мне приятель, она бы подавилась мороженым, как и я, узнав о пропаже пиджака.
- Андрей, ну напиши заявление в милицию, ну может же найдут?
- Да не буду я ничего писать, вот делать больше ментам нечего, как искать мой пиджак, у них и так работы хватает.
- Ну это же нельзя так оставлять, ведь он стоит столько, сколько я получаю в месяц.
- Ну и хрен с ним, и цена тут не причем, пусть бы он стоил сто рублей, просто он мне очень нравился, я не большой любитель носить пиджаки, но этот был спортивного образца и можно было носить под любые джинсы и свободные брюки. Ладно, не будем об этом.
- Ну ты можешь подойти к администратору нашего бара, потребовать с него деньги, я подтвержу, что ты был в пиджаке, если не отдаст, обратись в суд, я буду твоим свидетелем. Да, да, точно, подойди к нашему администратору, он ни за что в жизни не захочет портить репутацию нашего бара, ему проще деньги вернуть, или хозяин его просто распнет, дело до суда точно доводить не будут, давай вместе подойдем, или я ему сама скажу завтра?
- Не нужно ничего говорить, и не нужно ничего делать, в следующий раз буду поумнее, когда соберусь придти к тебе в бар, то одену что–то вроде спортивного костюма, а еще лучше–кимоно!
Анька засмеялась и опять зарядила мне свой «баян», чтобы я не смел больше приходить в ее бар. Мы посмеялись вместе, потом доели свое мороженое и я поехал ее провожать.
Проводив ее до дома я сел в машину и поехал домой. Дома меня ждала мать, она не ложилась спать, что бы узнать, как моя голова, не нужно ли чего мне, например, таблетки обезболивающего. Я поблагодарил, сказал, чтобы она не беспокоилась и ложилась спать, а сам пошел к себе и включил комп, решил поиграть в какой–нибудь примитив, типа тетриса, чтобы не напрягать голову и побыстрее, затем заснуть, я специально выключил свет, чтобы посильнее устали глаза, так быстрее спать хочется.
Вот правы оказались врачи, они всегда говорят, что ночью боль обостряется, мой случай не был исключением. У меня начала болеть голова, не сказать, что сильно, но достаточно для того, чтобы пойти на кухню и поискать таблетку обезболивающего. Мать тут же встала и пришла ко мне, дала нужную таблетку и немного посидела со мной, пока она не начала действовать.
Пока сидели она начала задавать вопросы о моей личной жизни, о работе и в финале сказала, что ее сердце неспокойно, что ей кажется, что я куда–то влез в очень опасную игру и что самое главное, только она ничего об этом не знает, а отец вроде бы в курсе всех моих дел. Да, вот правду говорят, что материнское сердце все чувствует. Я сказал, что со мной все в порядке, что никуда я не влез и вообще причем тут отец, но мать сказала, что ей кажется, что последнее время у нас с отцом от нее какие–то тайны появились, она наблюдала за нами, мол мы очень часто говорим в саду, чего раньше не наблюдалось, всегда общались все дома и открыто. На это я сказал матери, что ничего странного в этом нет, мы просто общаемся о таких вещал, которые ей не интересны, например, об отцовском мотоцикле, рыбалке и тому подобному. Мать сделала вид, что поверила мне, а мне было дико неудобно ее обманывать, но что я мог поделать, я же не мог сказать, что участвую в поимке крупной банды, что мой отец тоже, что у нас есть единомышленники и вообще нас прикрывает Москва. Это был бы для нее страшный удар, могла бы и не пережить. Поэтому не став больше задерживаться на кухне я пожелал матери спокойной ночи и пошел спать. Таблетка и в самом деле подействовала хорошо и я отрубился, но ночью все же просыпался, так как не контролируя себя во сне, я ложился на рану, и даже во сне чувствовал боль, но все же не смотря на это, я выспался.
Утром, как обычно, я проделал все ванные процедуры и собрался ехать на перевязку, но перед этим мне нужно было позвонить шефу и предупредить, что на работу я выйти не смогу в ближайшие несколько дней.
Я позвонил и объяснил ситуацию, но шеф уже все знал, сказал мне то же самое, что и Анька и Скворцов, не фиг влазить в пьяные разборки малолеток, что это не мое дело и вообще не дело солидных людей!
На работу разрешил выйти тогда, когда я захочу, что сейчас моя помощь ему не нужна и что мои ребята меня подменят в случае чего. Я поблагодарил шефа и сказал, что выйду очень скоро. Попрощавшись с ним я сел в машину и поехал на перевязку.
Побыв на перевязке я уже собрался ехать домой, как в коридоре столкнулся с главврачом, который куда–то спешил.
- Ну как самочувствие, больной, с вами все в порядке? - с улыбкой спросил он.
- Спасибо, Анатолий Петрович, у меня все хорошо, правда ночью побаливала голова и пришлось пить обезболивающее.
- Ну так это и понятно, ночью все болезни обостряются, ничего, так будет совсем не долго, у тебя рана не очень большая, скоро все пройдет и совсем скоро мы узнаем результаты твоего обследования, они уже завтра будут лежать у меня на столе. Честно сказать, ты меня очень напугал, ну тем, что попал к нам, я когда узнал сразу же примчался и обзвонил весь персонал, что бы с утра были на работе, для твоего тщательнейшего осмотра.
- Не стоило, Анатолий Петрович, я бы сегодня все что надо прошел бы, всех врачей и процедуры.
- Как это не стоило, не говори глупостей, ты очень меня выручил и я не люблю оставаться в долгу.
- Большое спасибо, так когда результаты будут готовы, долго ждать?
- Ты забыл, я же говорил, что в среду, уже через день считай, если этот не считать.
- Ах, да, точно, забыл.
- Ну ничего страшного, в общем приезжай в среду и узнаем вместе, как у тебя со здоровьем, а сейчас прости, Андрюх, мне нужно уже бежать, опаздываю.
- Простите, что задержал, до встречи в среду, Анатолий Петрович.
- Пока, Андрюха, я уже убежал.
Мы попрощались с доктором и я поехал домой. У меня был целый день свободен и я совершенно не знал, чем себя занять, можно было бы поехать к Аньке, но ей сегодня опять на работу, она по прежнему работала через день, так что, этот вариант отпадал.
Приехав домой, я застал отца дома. Он сидел на кухне и читал газету.
- Ну что, как съездил?
- Да нормально, бать, перевязали голову, сказали, что заживает вроде.
- Ну и отлично, дай Бог скоро будешь, как новый.
- Хорошо еще, что никаких боев не будет, ну кроме тех, что в «день икс», а то я бы не выстоял, все таки после травмы головы тяжело драться.
- Это точно, но если бы бои и были, Андрюх, то твой шеф все равно бы тебя выставил, так как ему по барабану на твою голову, поверь мне, он бы все равно заработал бы на тебе, поставил бы ставку против, ты бы проиграл, а он выиграл!
- Зря ты так бать, - с сарказмом сказал я, - мой шеф мне прочитал такую мораль, что я влез в драку, что такую и вы с матерью не читали, очень сказал беспокоится обо мне, ведь я ему дорог, как человек и как сотрудник, о как!
- Вот подлец, вот лицемер, тьфу бля. - Отец выругался. - Ну если бы не знал твоего шефа ну сказал бы что не человек а золото, просто кусок золота, а зная его скажу, человек – кусок говна!
- Ладно, бать хрен с ним, что там в газетах пишут?
- А ничего особенного, вот пишут что у нас преступность снизилась, говорят, что начальник милиции у нас просто тоже, так сказать, кусок золота, ну прямо как твой шеф, что серьезных преступлений давно не наблюдается в нашем городе. Похоже уже забыли про трупы, которые недавно еще так яро описывали в своих статейках.
- А чему ты удивляешься, батя, пресса же тоже подмята под них, они напишут все, что угодно, все что им скажут, иначе им просто не поздоровится, возьмут и перекроют им кислород, а без воздуха, как они говорят, жить вообще нельзя, так как все в мире продается и покупается за воздух.
- А то я этого не знаю, знаю я все, ну пусть пишут, все равно, нормальные люди, которые живут в нашем городе, такие есть, не сомневайся не верят в эту чушь, которую здесь описывают.
- Да конечно, не верят, жаль только что эти нормальные люди ничего не могут сделать, их же ведь меньшинство, а этих уродов, во все времена было больше да и сплочены они лучше.
- К сожалению, да, сплочены они лучше, это ты подметил правильно. Кстати, тебе первый и команда передают огромный привет и пожелание скорее поправится.
- Спасибо большое, ты им сказал?
- Да, я, потому как мы одна команда и должны все друг про друга знать. Они просили тебя быть осторожнее, чтобы ничего не сорвалось, так как о месте, где будет проведен «день икс» скажут только тебе.
- Хорошо, отец, я уже сто раз всем обещал быть осторожнее, вот сто первый обещаю и им.
- Ну и отлично, какие у тебя планы на день, что собираешься делать?
- Да даже не знаю, поваляюсь пойду.
- А к своей даме сердца не поедешь?
- Нет, она сегодня работает, ей не до меня, разве что предложить ей пойти на работу к ней вместе, как позавчера?
Отец рассмеялся, сказал, что она меня тогда точно убьет сама.
- А что, это за бар, в котором она работает, я там ни разу не был, да и вообще, я по барам не хожу, максимум захожу в пивную, пивка попить?
- Да нормальный бар, отдохнуть можно, правда не всегда контингент подбирается нормальный, вот в субботу опять плохой подобрался, а там, ничего, работать можно и отдыхать можно, по мнению моих друзей это лучший бар в нашем городе. Ну был по крайней мере до этого момента.
- Почему ты так говоришь, из–за драки?
- Да причем тут драка, бать, это все мелочи, в любом баре бывают драки да и не такие как эта, куда более жестокие, тут в другом проблема! - Я зло выругался.
- Ну, не тяни, говори, что еще там произошло, о чем я не знаю?
- Да успокойся, бать, просто помимо того, что мне пробили голову, у меня еще и пиджак украли, ну тот, который помнишь, я тебе показывал, что триста баксов стоит.
- Мать твою, вот так незадача, мало того, что голову пробили, так еще и на триста баксов попал, да, ну и дела. Что делать будешь, пойдешь требовать компенсации у администрации заведения?
- Да нет, не до них мне сейчас, хрен с ним, с этим пиджаком, хотя Анька тоже сказала, что я должен пойти и потребовать с них деньги, но не буду, у меня сейчас голова другим занята, я все думаю об этом «дне икс» и о том, что быстрее бы это все закончить, хочу тоже нормально пожить, постоянно не оглядываясь за спину, да и как ты, просто хочу от
1 2 3 4 5
Проголосовало: 0 чел.
Средний балл: 0.00
Комментарии (2)


Добавлено: 19.07.2010 02:10
Автор: Осадчий В.Н.
"Фантом", ч. 18
Уже по сложившейся традиции шеф попросил меня зайти к нему и рассказать, как мы побыли у доктора и смогли ли мы помочь его другу Анатолию Петровичу?
Я сказал, что все прошло, как по маслу, правда добавил, что Ивановы методы не всегда хороши и что можно было бы поговорить не прибегая к силе, на что шеф посмотрел на меня как–то странно. Да в принципе я и не удивлен, он ведь сам привык решать вопросы силой. На да и ладно, скоро вы не будете больше обижать нормальных людей, скоро кончится ваше время, утешал себя мыслями я. Надо сказать, что чем ближе приближался «день икс», тем больше я ненавидел своего шефа, его окружение, своих коллег и всех, кто имеет дело к этому беспределу.
Как же тяжело сдерживаться, глядя на шефа, и ничего с ним не сделать. Он сидел откинувшись, с довольной физиономией и важно задавал вопросы, как, что, согласился или нет и тому подобное. Он сейчас представлял из себя классическую мишень, но не для снайпера, а для удара ногой в его наглую морду. Уверен, что отправил бы его на тот свет с одного удара, но нет, живи пока, сука, ты получишь не такое мягкое наказание, как смерть! Поговорив со мной, шеф сказал, что я могу идти, а ему еще надо поработать. Я решил, что досижу до обеда, а потом срочно пойду домой и поговорю с отцом, расскажу, о чем мне поведал доктор, тем более, что нужно это было сделать сейчас, в обед, так как мы с Иваном должны после работы ехать к доктору за ответом, нужно сделать все максимально быстро. Но самое главное, я вечером встречаюсь с Анькой, для меня это очень важно. Я уже говорил, что она мне очень дорога и что ее ценность росла с каждым днем, так как я всегда исходил из худшего, в плане того, что если во время операции что–то пойдет не так, меня в живых явно оставлять никто не будет…
Но не будем о грустном, раз я вам, дорогие читатели, это пишу, значит со мной все в порядке я жив, но как я оказался жив, тут целая история и придется вам все же дочитать мой роман.
Я отпросился у шефа и поехал домой. Отец сидел, как на иголках и не мог меня дождаться, я еще калитку не успел закрыть, как он тут же спросил: - Ну давай, рассказывай, не тяни.
- Ух, батя, жаль ты вчера спать улегся, я бы тебе таких страстей на ночь рассказал, ты бы тоже как и я снотворное хлебал.
- Ну хватит, Андрюх, предисловий, говори главное.
- Да пожалуйста, только ты сначала сядь, что бы не упал случайно, разговор будет не из приятных.
- Да сижу я уже, говори, не тяни.
Я сел рядом с отцом и рассказал ему то, что узнал сам от доктора, все в полных подробностях. Отец сидел молча, не перебивал, только по ходу спрашивал вопросы практически те же, что и я. Обрисовав всю ситуацию подробнейшим образом я закончил, чему был очень рад, так как самому неприятно было рассказывать такие жуткие вещи.
- Ну что я могу сказать, сын, отличная информация, правда доктору за нее не сносить головы, когда дело дойдет до него. Он же должен это понимать.
- Я сказал ему то же самое, но он не боится наказания, особенно земного, и тут он как нельзя прав!
- Да, сын, а сон–то действительно непростой, отец встал и начал ходить по двору. Ведь согласись, даже высшие силы вмешались в этот беспредел. Ну сам подумай, он бы возможно никогда не прекратил этим заниматься и вообще остался бы чист после всей нашей задуманной операции, ну взяли бы мы главного, но на главного–то у нас мало чего есть, ну отсидел бы он за махинации и все, вышел бы на свободу и продолжил бы собирать свою черную донорскую базу, а сейчас нет, пипец ему полный и бесповоротный.
Отец выругался. Опять сел на место и продолжил.
- А знаешь, я так думаю, что смерти им будет вполне достаточно, тебе не кажется, а Андрюх?
- Ты о чем , отец, с ума, что ли сошел, ну ты хоть не теряй контроля! Хотя, честно сказать, у меня и у самого руки чешутся, сегодня было такое дикое желание убить своего шефа, что еле сдержался. Я тебя понимаю. Вчера, мне так же хотелось завалить и доктора, ну как можно было из–за каких–то бумажек лишать людей жизни, как!?
- Да, сын, ты прав, у меня что–то крышу рвать начало, надо успокаиваться и сообщить нашим о всех этих делах, пускай тоже знают и принимают решение, мне так кажется, что доктора мы должны охранять, что скажешь?
- Именно, батя, охранять его нужно, хотя с другой стороны, что с ним могут сделать, а ничего, он же им нужен, без него не будет никаких операций, его место – незаменимо. Ведь согласись, главврач не даст же объявление в газету, мол требуется специалист по выемке сердец и продажи их на черном рынке!
-Ладно, Андрюх, не утрируй, мы все равно должны подстраховаться, мне нужно срочно связаться со своими. Если ты говоришь, что он будет нам помогать, мы просто обязаны позаботиться о нем и о его семье. Ты же сам говоришь, что они беспокоятся на его счет, мол сболтнуть может и все такое, он же сейчас пьет?
- Пьет, но я думаю все же, что этому не нужно будет уделять большого внимания, если он дает согласия на работу, а он дает, то с ним и его семьей ничего плохого не случится.
- И тем не менее, я обязан сообщить своим, нашим, мы же ведь одна команда!
- Да я же ничего против и не имею, давай, звони дяде Сергею, ой, «первому», и все уточняй.
- Хорошо, а ты иди пообедай, тебе еще работать до вечера и потом ехать к доку.
- Да успокойся, отец, успею поесть, я вообще отпущен аж до завтрашнего дня. -
Отец только руками развел. - Слушай, если бы ко мне относились так же как и к тебе, в мое время разумеется, то я бы был очень счастлив, знаешь, Андрюх, если бы не эта ситуация с твоим шефом и всей этой канителью – у тебя просто чудная работа, обзавидуешься!
- Да, уж, обзавидуешься, - с наигранной гордостью сказал я.
- Ладно, я пойду позвоню, а ты иди обедай, мать там хорошего борща наварила.
- О, борщ, это хорошо, пойду поем.
- Ну давай.
Я пошел в дом, а отец в сад, звонить нашим друзьям.
Позвонил он довольно таки быстро и сказал, что ему нужно вечером быть на конспиративной квартире, что его уже ждут с полным отчетом. Я спросил про себя, но отец сказал, что мне там быть не обязательно, что я могу заниматься своими делами и ни о чем не думать, если я понадоблюсь, то со мной свяжутся. Отец сказал, что скажет о том, как он побыл у друзей завтра, так как по его словам, сегодня мы не увидимся из–за моих длительных прогулок с девушкой, на том и сговорились.
Я решил немного отдохнуть после обеда и прилег на кровать, голова была очень тяжелой и нужно было хоть часок подремать, но как на зло не спалось, ну бывает же такое, когда хочешь спать, но не спится, организм находится в бодрствовании, хотя ощущает дикую усталость. Так провалявшись какое–то время я посмотрел на часы и начал собираться ехать на встречу к Ивану.
Подъехав к условленному месту на такси, Ивана я не застал, он подъехал с небольшим опозданием. Я спросил, где его носит, он ответил, что его припахал шеф на какую–то срочную работу. Странно, какая может быть работа и почему шеф не взял меня, но возможно, это была просто работа, не такая, которую мы проделываем ночью.
- Поехали, - сказал Иван и мы тронулись с места. - Кстати, где твоя машина, я ее не заметил.
- А, аккумулятор полетел, наверное, в сервис отогнали.
- Ясно, бывает, ну ничего, у нас в городе хороший сервис, сделают быстро, ты же в центральный отогнал?
- Да.
- Ну и правильно, там немного дороже, зато быстро, качественно и с гарантией.
- Это да, на машине экономить нельзя. Но я так думаю, что нужно другую брать, мне уже моя поднадоела. Вот поучаствую в соревнованиях, куплю себе джип.
- О как, ты уже о машинах мечтаешь, ну молодец, хороший настрой, дай Бог, купишь.
- Буду очень стараться, очень уж хочется новую тачку, - со смаком сказал я, что бы Иван поверил.
- Ладно, мы уже приехали, выходи, пойдем навестим нашего доктора!
- Иван, только смотри, без рукоприкладства, ты ему итак всю башню вчера отбил, и вообще, пойду–ка я первый, а то ты опять чего доброго ему врежешь.
- Да иди, мне то что, но знай, будет ерепениться, я ему и так врежу и ты меня не остановишь!
- Иван, я тебя прошу, дай мне с ним поговорить, он согласится, вернее, я думаю, что он уже согласен.
- Ладно, не будем играть в игру, согласен, не согласен, пойдем и все выясним.
- Ладно, пошли, но я тебя предупредил.
Мы зашли в подъезд и поднялись по лестнице. Я постучал в дверь, дверь немедленно отворилась и мы зашли.
- Ну что вы решили, доктор? - спросил я.
- Что решил, придурок? - тут же вставил дерзко Иван.
- Я согласен, только ничего не делайте с моей семьей, я буду на вас работать, как и прежде, только семью не трогайте.
- Вот молоток, доктор, другого я и не ожидал, но скажу честно, так хотелось тебе еще вмазать, что бы ты дурных мыслей в голове не носил! - Иван засмеялся во все горло.
- Я рад, доктор, что вы приняли мудрое решение, я не сомневался в вас!
- Только у меня будет к вам одна просьба, вернее не к вам даже лично, а к моему начальнику.
- Какая? - спросил я.
- Мне нужно восстановиться после пьянки и сотрясения мозга, вы меня вчера здорово приложили.
- Я еще тебе не приложил, сегодня думал только!
- Ладно, ладно, я поговорю с твоим начальником, думаю, что он отпустит тебя на недельку в деревню к маме.
- Спасибо, а то мне и в самом деле как–то плохо.
- Да не за что. Ладно, Иван, нам пора уходить, думаю, что мы все выяснили.
- Пока, эскулапыч, - сказал Иван и вышел в дверь.
- До свидания, доктор, - сказал я и одобрительно на него поглядел.
- До встречи, - сказал доктор.
- Ну, я же тебе говорил, что все пройдет как надо, а ты уже руки собрался опять распускать.
- Да уж, не ожидал, думал ему еще разок врезать, ладно, поехали к Стокову, расскажем ему, что и как.
- Хорошо, Иван, поехали, но быстрее, мне еще к девушке надо.
- Ясно, уже едем.
По дороге мы позвонили главврачу и он сказал, что ждет уже нас в кабинете, специально сегодня задержался подольше.
Мы приехали в больницу и поднялись на второй этаж в кабинет Стокова.
- Здравствуйте, молодые люди, как наши дела? - с очень наигранной улыбкой спросил Стоков.
- Все в порядке, Анатолий Петрович, ни за что не беспокойтесь, от вас никто не уходит, так что, порядок, продолжайте работать, вежливо сказал Иван.
Бля, сука, вот лицемер и жополиз, как только дело касается какого-нибудь значимого человека, сразу же меняет свой наглый разговор на заискивающий. Ну у этих тварей по другому не бывает.
- А как все прошло, а ребята, расскажите он долго ломался?
- Да нет, ровно сутки, я ускорил процесс, дал ему в репу несколько раз, думаю, что это сыграло не последнюю роль.
- Да, кстати о репе, Анатолий Петрович, Иван немного переборщил.
- Стоп, как переборщил, вы что его там избили до беспамятства, ребята вы что, я же давал указание просто, поговорить по особому и не более. Его бить не в коем случае нельзя, итак хлипкий, может скопытиться, а нам без него никак, где я найду человека подобного класса, скажите, с ним все в порядке?
- Да не беспокойтесь, с ним все будет хорошо, но вот недельку–другую ему нужно отлежаться.
- Значит все так плохо?
Доктор начал заметно нервничать и забегал суетливо по кабинету.
- Не беспокойтесь, Анатолий Петрович, успокоил я, у него просто сотрясение и главное не то, что мы ему вломили, а то, что он пьет уже несколько дней, что меня беспокоит больше, может от пьянки скопытиться!
- Ух, у меня прямо отлегло, - доктор немного успокоился. - Ну так это у него частенько, особенно, после смерти сына, ничего пускай недельку отдохнет, приводит себя в порядок, до турнира уже осталось какие–то жалкие пара недель, а он там должен быть при любых обстоятельствах, как бы у него не болела голова и в каком запое он бы не находился!
- Да о чем беспокоится, Анатолий Петрович, будет он там, как штык, трезвый и без опозданий, уж я за ним послежу!
- Нет Иван, так как ты следишь, для него может быть опасно, будь помягче пожалуйста и если будешь с ним разговаривать, на будущее так сказать, не бей его, я тебе уже говорил о его ценности, ослушаешься меня и окажешься на его месте, понял меня?
- Простите, Анатолий Петрович, - как можно вежливее проговорил Иван, больше такого не повториться.
- Надеюсь, Иван, надеюсь, а то ты меня знаешь, я не люблю повторять дважды, понимаешь о чем я?
- Я все понял, не утруждайтесь повторять.
- Ну вот и славно, спасибо вам ребята.
Доктор опять начал улыбаться и стал максимально вежливым. Да, действительно, как же хорошо умеют перевоплощаться эти гады, ну как хамелеоны, сначала улыбаются и тут же убить готовы, вот суки!
- Тогда не буду вас задерживать, вам , наверное, нужно ехать, устали уже слушать мою болтовню и решать мои проблемы, прошу прощения за беспокойство, мой поклон Владимиру Ивановичу.
- До свидания, Анатолий Петрович, привет от вас непременно передадим, всего вам хорошего.
- До встречи, ребята, да, кстати, вы готовы к боям.
- Готовы, сказал Иван, мы их всех сделаем!
- Ну вот и славно, тогда, наверное, мы увидимся аж на бое, до этого вы мне уже не понадобитесь, удачи вам и еще раз спасибо.
- Не за что, - сказали мы в один голос прямо, как в армии и вышли из кабинета.
- Ну что, Иван, убедился, даже доктор вот говорит, что твои методы слишком жестокие, поосторожнее ты со своими ударчиками.
- Да брось, Андрюх, ну разве я сильно, так ударил этого эскулапишку пару раз да и все, ну что с ним стало?
- Ладно, Иван не будем, ты сам знаешь, что у людей интеллектуально труда головы слабые и в них нельзя вот так вот заряжать, как делаешь ты.
- Ладно, ладно, все понял, хватит мне уже нотации читать!
- Да не читаю я тебе нотации, просто не всегда вопросы можно решать силой, понимаешь, о чем я?
- Да понял я, хватит меня уже укорять!
- Все, проехали, больше не буду, Иван, но обещай, что впредь, будешь решать вопросы головой, а не кулаками. Пойми, если бы ты случайно доктора завалил, не сносить бы нам с тобой головы, заметь, я сказал нам, так как бил ты, но были вместе, отвечали бы тоже вместе.
Иван на секунду задумался и почесал голову потом опять выдал свой «баян», правда уже со смехом.
- Ну я же не сильно, жив же доктор!
Я, глядя на него, только махнул рукой и пошел к машине. Следом за мной шел Иван и еще пытался, что–то говорить насчет методов его разговора с подобными людьми, никак не мог успокоится, но я уже его не слушал, ну сколько можно было повторять для него одно и тоже.
Мы сели и поехали каждый по своим делам, правда Иван подбросил меня по пути к Аньке, ехала в ту сторону.
- Ладно, Андрюх, пока, увидимся завтра.
- Хорошо, Иван, до завтра, ты придешь, надеюсь, а то на работу вообще ходишь редко, если бы не Глеб и Серега, не знаю даже, кто бы делал твою работу.
- Да приду, приду, куда я денусь, все, давай, вылезай из моей тачки.
- Ладно, давай пока. - Я протянул руки и мы попрощались.
Выйдя из машины я тут же позвонил Аньке и попросил ее выйти ко мне. Она оделась очень быстро и выбежала ко мне, тут же обняла, как будто бы не видела очень давно.
- Что с тобой, спросил я, с чего бы это, обнимашки?
- Просто соскучилась, тем более, что я уже скоро дней через шесть уезжаю в Москву, так что обнимаюсь заранее и побольше, что бы там не так скучать. Кстати, ты же приедешь ко мне, не забыл, ты мне обещал.
- Ну, конечно же приеду, куда я денусь!
- Хорошо. Анька заулыбалась и поцеловала меня. Потом, она осмотрелась и посмотрела на меня странным и удивленным взглядом.
- Слушай, Андрей, а где машина, куда ты ее потерял, ты же без нее даже в магазин ближайший сходить не можешь!
- Ой, Ань, тут такая история, короче, даже не знаю, как тебе и сказать, угнали ее в общем!
- Как, ты с ума сошел, как угнали, с улицы что-ли?
- Да, с улицы, забыл на ночь отогнать в гараж, проснулся утром, что бы ехать на работу, выхожу из дому, а ее нету, у меня чуть удар не случился, жесть полная!
- Блин, а что же делать, ты в милицию обращался, ну нельзя же так это спускать и так спокойно об этом говорить!
Анька начала заметно нервничать и я решил закончить эту комедию, так как ей не нужны лишние волнения, вот пролечится, потом буду ее я долечивать, смехотерапией, а пока–нельзя.
- Да ладно, Ань, я пошутил, она у меня просто сломалась, я ее в сервис отогнал, там вроде бы аккумулятор сел, - со смехом сказал я.
- Что за шутки глупые! - Анька меня ударила ладошкой по груди, - не шути так, что за глупости, а то вот будешь так приговаривать, на самом деле могут украсть!
- Хорошо, хорошо, не буду, - смеясь, сказал я. А если честно, то ее у меня не украдут, я тут уже за это время со всей шпаной познакомился, которые на это способны, так что можно говорить смело.
- Все, хватит шутить, пойдем–ка лучше погуляем.
Мы шли по улице и разговаривали. Она рассказывала мне о своей работе и о том, что уже прошла медкомиссию у нас в больнице, так как в Москве требуют полный медосмотр, сделанный заранее у нас, потом будут сверять. Что я могу сказать, в мою голову тут же полезли черные мысли, мне теперь казалось, что люди проходящие медосмотр у нас в больнице, попадают неофициально, конечно в черный список главврача, а он уже потом решает, нужен ли ему конкретный человек или нет. Бля, жесть всякая в голову лезет, у меня аж немного настроение пропало. Ну нет, нет, утешал я себя, этого не может быть, не будут они так рисковать, у Аньки же есть родители, которые, если что случиться, явно не будут молчать. Немного себя успокоив, я продолжил разговор уже в более спокойном состоянии.
- Что с тобой, спросила меня Анька, ты как–то погрустнел?
- Да ничего, малышка, у меня все хорошо, просто на работе очень устаю, у нас сейчас отчетная неделя.
- А, ясно, пишете отчеты у кого что забрали, - Анька улыбнулась.
- Да и это тоже, ладно, не улыбайся, ну работа у меня такая, ну что мне делать, хочешь, брошу ее и приду в бар к вам официантом работать, будем все время вместе?
- Нет уж, не надо, оставайся на своей, я не хочу видеть тебя возле себя 20 часов в сутки, мне такой контроль за собой не нужен.
- Чего, а с чего бы это, наверное, ты там глазки строишь посетителям, нет, точно уволюсь и приду работать к вам!
- Так, что за шуточки, не шути так, никому я ничего не строю, наша работа не стоит того, что бы ради нее бросать свою.
- Да шучу я.
- Я знаю, что шутишь, а если честно, то хотела бы, что бы ты был рядом со мной, с тобой не скучно, весело, ты умеешь поддержать любой разговор.
- Ну тогда есть другой выход, приходи на работу ко мне, я поговорю со своим шефом и тебя в отдел кадров возьмут, будешь работать там, там работает девушка, примерно твоих лет и тоже зовут Анькой.
- Что это еще за Анька, небось она там с тебя глаз не сводит?
- Да успокойся, нормальная девочка, у нее есть парень, вы бы подружились!
- Нет уж, я лучше у себя поработаю, а потом, когда стану дипломированным специалистом подыщу себе работу получше.
- Конечно, подыщешь, я тебе помогу.
- Спасибо, буду ждать получения диплома.
- Я тоже, буду ждать получения твоего диплома. Кстати, может, когда ты сдашь сессию мы куда–нибудь съездим отдохнем?
- Куда?
- Не знаю, давай на юг?
- Хорошая идея, я давно там не была, тем более никогда не была с парнем, наверное, это будет здорово?
- Не сомневайся, сдавай сессию и поедем, но главное сейчас, пролечись, чтобы была мне здоровой, иначе , никаких югов!
- А куда мне деваться, конечно же пролечусь, там доктора хорошие, думаю, что это будет мое последнее лечение.
- Ну дай , Бог, чтобы последнее. Кстати, тебе деньги нужны?
- Нет, конечно, у меня еще те лежат, что ты давал, я же от туда ни рубля не взяла.
- Если тебе будут нужны деньги звони мне сразу, не стесняйся, я дам столько, сколько надо и без вопросов.
- Спасибо, Андрей, ты настоящий человек, большое спасибо, я уже говорила, для меня такого еще никто не делал.
- Да было бы за что, это же всего лишь деньги.
- И все же, для меня это очень важно, Андрей, спасибо.
- Да не за что, брось, больше не за что говорить не буду.
Я засмеялся, взял ее руку и мы пошли быстрее. На улице на удивление никого не было, так что вся она, принадлежала нам! Настроение опять пришло в норму и на душе стало как–то спокойнее. Так погуляв, аж до самой ночи, мы пошли по домам, я ее проводил, вызвал такси и поехал к себе, лег спать и уснул на удивление быстро. Следует почаще гулять с Анькой, что бы спать лучше сделал я вывод, прежде чем сон окутал меня, как ребенка.
Наутро проснувшись, я пошел поговорить с отцом. Он уже встал и управлялся во дворе. Я спросил, как прошел разговор и что сказали делать дальше мне? Отец ответил, что наши друзья были просто шокированы, что такой информации у них не было и они даже не догадывались о том, что такое может быть в нашем городе, еще были поражены безбожностью «шестого», хотя тут нечему было поражаться, «шестой» был уже мертв, но не знал об этом, он жил, работал, наглел, но его душа уже была мертвой, а тело, да это просто временное облачение, на нашей грешной земле.
- Ну а мне–то, что делать, что мне просили передать наши друзья?
- А ничего, Андрюх, просто смотри за ними, твоя миссия уже на этом заканчивается, уже через несколько дней все это кончится, «день икс» будет для них всех последним.
- Дай Бог, отец, что бы все так и было, главное, что бы все шло по плану, а кстати, что там с охраной доктора и его семьи, что вы решили? Могу вас заверить, что доктору наша помощь в охране не нужна, он дал согласие работать, его шеф остался довольным.
Я мельком рассказал отцу, как мы вчера побыли с Иваном у доктора и что доктор делает в точности то, что ему сказали мы.
- Да мы решили, что один из нас будет за ним все же присматривать, не потому, что мы боимся, что его убьют, он ведь им нужен, а только из тех соображений, чтобы он не пострадал от кого–нибудь еще, да и чтобы с собой чего не сделал, а то знаешь, бывают случаи, что человек, находящийся на грани, просто идет и прыгает с моста, у нас вот традиция такая пошла в городе, все прыгают с моста на электропровода, потом их соскребают с рельс всех обугленных, сам знаешь, какой у нас мост, мне кажется, что это место вообще проклятое, так что, будем страховать доктора по любому, даже от него самого.
- Ну пока его страховать не надо, он собирается ехать на недельку к матери, немного восстановиться, так как Иван его приложил в голову да и последнее время он пьет, как не знаю кто, пускай едет, восстановится. Его шеф вроде бы не против, так как пока для него черной работы нет, она будет только в «день икс».
- Ну и славно, - сказал отец с облегчением, - но все равно, мы будем за ним присматривать.
- Давайте, давайте, присматривайте, а то мало ли что, я никак не могу забыть сон, который он мне рассказал, это еще одно прямое доказательство существования Бога, жаль, что многие не верят в высшую силу, нашего создателя.
- Да, уж, сон и впрямь чудесный, представляешь, насколько оборзел наш город перед лицом Бога, что даже он не может удержаться и посылает …. Даже не знаю кого, может быть ангелов, что бы поставить своего раба на путь истинный. Это еще одна причина, что бы жить, не так ли?
- Конечно, отец, это очень важная причина, он просто не имеет права накладывать на себя руки, у него есть миссия, важная миссия, как и у всех нас.
- Да, миссия наиважнейшая, знаешь, сын, после нее, если буду жив, отец перекрестился, буду отдыхать, ничего не буду делать, просто буду отдыхать и все, у меня есть немного денег, поеду на юг, возьму мать и поеду, поедешь с нами?
- Бать, ну ты прямо мои мысли прочитал!
- Не понял, в смысле, что, тоже на юг собрался после операции?
- Да, и уже пригласил Аньку.
- Ну вот и славно, поедем семьями, ты жениться кстати на ней не собираешься, вроде бы по твоим словам все к этому идет, ты очень много с ней проводишь времени?
- Нет, пока не собираюсь, нужно еще по жизни подняться, я тебе одну вещь скажу, батя, я работаю в приставах только до «дня икс», больше не буду, уволюсь сразу, не мое все это, от такой работы ощущаю себя свиньей, хоть моя работа и считается государственной и официальной.
- Да я тебя понимаю, но ведь не было выбора у тебя, да и у меня не такие связи, что бы тебя куда–нибудь всунуть, ну по специальности. А чем вообще хочешь заниматься? Мы так давно с тобой не говорили, из–за этих дел, что вообще, о твоей жизни вообще ничего не знаю, ну кроме того, что у тебя появилась девушка.
- Да не знаю я, знаешь, батя, хочу найти работу, чтобы приносить людям пользу и хорошее настроение, чтобы она никоим образом не была связана с юриспруденцией и бумажками, не мое все это!
- Ну а что твое, куда пойдешь?
- Пойду… нет не пойду, поеду, я решил уехать из нашего города, что–то я в нем себя не очень хорошо чувствую, нужно сменить обстановку, поеду–ка я в Питер, поработаю с приятелями.
- С какими, я что–то про них ничего не знаю.
- Да они со мной на факультете учились, нормальные ребята, зовут к себе, у них уже свой бизнес, открыли на двоих.
- Ну и что за дело открыли твои приятели, контору небось какую?
- Нет, не контору, а фитнесзал, а меня уже не раз звали работать тренером, мне это очень по душе, ты же знаешь, у меня вся жизнь в тренировках.
- Да уж, возможно ты и прав, хотя я уверен, из тебя бы получился хороший юрист, честный и справедливый, таких, увы, очень мало в наше время, может быть ты лучше юристом к ним пойдешь, а на полставки будешь работать тренером.
Отец улыбнулся и обнял меня за плечи.
- Да шучу я, Андрюх, не хочешь работать по специальности, не работай, это я просто так говорю, делай то, что хочет душа, никого не слушай и никогда не сбивайся с прямого пути, будешь соблюдать эти правила на всю жизнь останешься нормальным человеком и не будешь испытывать угрызений совести. Фитнес-инструктор – нормальная работа, будешь тренировать людей, сжигать им жир на заднице и делать их красивыми, действительно, работа, что надо! А зарплата–то хоть нормальная будет, или подрабатывать придется?
- Да все в порядке, мне и моей избраннице хватит, не беспокойся.
- Да я просто спрашиваю, не хочу, чтобы ты в чем–то нуждался, а денег на первое время я тебе дам, не пропадешь, оставлю себе и матери на поездку, остальные отдам тебе, мне они уже не нужны.
- Ты что, отец, я сам себе уже заработал на первое время, я ведь никуда их не тратил, да еще есть деньги, которые мне платили за бои, правда у меня их осталось немного.
- А что, ты что–то купил, или в банк отнес на долгосрочный вклад бросил?
- Нет, отец, я почти все деньги отдал Аньке, она очень сильно болеет, у нее какая –то хрень с кровью, прости, не помню диагноза, ей они сейчас очень нужны, так как она едет в Москву на лечение, уже через пять дней.
- Ну ты и даешь, чего же ты мне не сказал, что у тебя такие проблемы, так ты едь с ней, ну сразу после этого «дня икс».
- Да, конечно, поеду мы уже с ней договорились, я ей сказал, что как только разберусь с делами, сразу же к ней приеду.
- Ты настоящий пацан, Андрюх, молодец, делаешь все как истинный мужик, я тобой горжусь.
- Спасибо, бать, я очень стараюсь оставаться человеком, хотя, не думаю, что продержался бы человеком, если бы «день икс» был через год, я бы просто не выдержал и перестрелял бы всех этих сволочей.
- Я понимаю, Андрюха, все понимаю, что тяжело смотреть на все это, но у нас нету выбора, мы должны идти к цели медленными шагами и никого не спугнуть, но я тебе уже говорил, меня почему–то не покидает чувство тревоги, не знаю что со мной, я же никогда не был пессимистом, да и тем более с моей–то профессией им вообще нельзя быть, иначе бы уже не было меня на этом свете, будь я пессимистом. Но не думать об этом не могу. Даже не знаю, что со мной.
- Я тебя понимаю, батя, сам часто думаю об этом «дне икс», да почти все мысли об этом. Но мы должны себя утешать тем, что у нас все будет хорошо, ведь у нас же такая славная команда, с которой можно ни о чем не беспокоится.
- Это точно, Андрюх, наша команда – лучшая. Просто чем ближе этот «день икс», тем больше играют нервы, старею, наверное, совсем?
- Да брось, бать, дай Бог мне быть в такой форме, в которой ты сейчас находишься!
- Спасибо, сын, но работаю и действую сейчас на износ. Я даже на войне не так волновался идя на какую–нибудь операцию, как волнуюсь за этот «день икс», так как самое главное, что ты в этом принимаешь участие, не будь тебя, я бы относился к этому спокойнее.
- Все, батя, хватит, я что, ребенок маленький, я могу за себя постоять, - с огромной гордостью сказал я.
- Говоришь можешь постоять, сейчас проверим!
Отец схватил часть удилища, которое идеально было похоже на шест и начал на меня нападать. Я уклонялся, как мог, но потом, все же не успел во время убрать ноги и меня он смог подрубить. Я упал на землю, но моментально вскочил на ноги с помощью кувырка через себя и полез в легкую атаку. Отец работал на высшем уровне, позволил мне даже отобрать у него удилище, вернее, на тот момент шест, но когда я его отбирал, он так ловко скрутил мою руку приемом из айкидо, что я ничего не мог сделать.
- Ладно, бать, хватит маяться дурью, не хочу потеть, а то мыться придется.
- Хорошо, но вот замечание, не пытайся делать лишних движений, забыл, чему тебя учили, делать все максимально просто, чем проще, тем эффективнее, понял?
- Нет, а что я сделал не так?
- Когда я тебя свалил на землю, ты встал с помощью кувырка назад, ты сделал его не очень быстро и вообще, в драке не нужно пользоваться этими восточными штучками, нужно вставать естественнее. Пока ты кувыркался, у меня была возможность нанести тебе удар, если бы тебе пришлось драться на этом «дне икс», тебя бы попросту разрубили бы мечом, пока ты кувыркался.
- Но Ву, говорил мне, что это очень не плохой уход.
- Да я не спорю, что он плохой, но если ты дерешься с профи, лучше этого не делать, мы же тебе это говорили, помнишь, надеюсь, наши уроки?
- Да, конечно, помню, такое разве забудешь, я там на этой поляне каждый куст помню, правда помню его с позиции снизу в верх, видел каждую травину, когда падал головой к низу.
- Ну я вижу ты действительно все помнишь! - Отец засмеялся и бросил удилище–шест в сторону.
- Ладно, пойдем ка поедим, а то после утрешних работ хочется очень есть.
- А матери нету, ушла уже?
- Да, приготовила нам завтрак и ушла, у нее там подработка какая–то.
- Кстати, бать, а мать не говорила, что с теми людьми, которые подрались на зоне?
- Ну один же умер, один вроде бы уже отошел, вернулся назад, а остальные двое еще лежат, но мать говорит, что будут жить, правда одному дадут инвалидность.
- Бля, жаль пацанов.
- Ну что я скажу, мне тоже жаль, но это их дела, у них там свои понятия, может быть эта драка была необходимой.
- Слушай, а если с ними поговорить, может они пояснят, что происходит там у них на зоне, кто их так отоварил.
- Да врядли они что–то скажут, даже не пытайся, ну ты бы сказал?
- Нет, конечно!
- Ну вот тебе и ответ, они тоже не скажут. Да и не до них нам сейчас, у нас есть дела поважнее. Ладно, пошли завтракать.
- Пойдем, батя.
Мы пошли завтракать и за столом уже ничего про дела наши грустные не говорили, просто пообщались на нейтральные темы, в основном, на тему моей машины. Тема для меня актуальная, без машины было тяжело, я уже совершенно отвык ходить пешком. Я сказал отцу, что хочу новую, а эту подарю ему, отец, конечно, был доволен, но потом сказал, что за нее можно три жигуленка купить, да и в ремонте иномарок он ничего не понимает, лучше бы мне ее продать и подарить ему дешевенькую жигулишку. Я сказал, чтобы он не маялся дурью, а хоть раз в жизни поездил с комфортом, а насчет ремонта пусть не беспокоится, есть же сервис, а она еще не совсем старая, еще послужит. Отец не соглашался, еле, еле убедил его не маяться дурью и принять мой подарок. Чуть на чуть он согласился и сказал, что сам ее продаст, когда я уеду в Питер, потом засмеялся, сказал, что шутит.
Так перекусив и пообщавшись, мы разошлись, отец пошел делать домашние дела, а я пошел в автосервис справиться о своей машине, решил идти пешком, так как была нормальная погода да и просто хотелось прогуляться.
Как же приятно просто гулять, пусть даже и по нашему городу, который я последнее время просто ненавидел. А еще приятно вдвойне, что сегодня и завтра выходные, не нужно идти на работу, видеть там наглую рожу шефа и своих новоиспеченных друзей и выслушивать всякие указание. Я просто шел и наслаждался своим походом, как будто бы совершал какую – нибудь интересную экскурсию. Дошел я сравнительно быстро, так как люблю ходить гораздо быстрее, чем обычный прогулочный шаг, кстати, приучил к такой прогулке и Аньку.
А что, походишь побыстрее, увидишь побольше, правда тут и смотреть–то особо нечего, но все равно, привычка быстро ходить есть и будет.
Зайдя в мастерскую, я увидел, что в этот момент делают мою машину и поинтересовавшись, когда она будет готова, а готова она будет через несколько часов я пошел погулять, решил пойти по спортивным магазинам и прикупить себе эспандер и перчатки, что бы подтягиваться на турнике, мои уже совсем порвались.
Так прогуляв почти до вечера, я вернулся в сервис. Моя машина была уже готова я рассчитался за ремонт, поблагодарил мастеров и поехал домой.
Дома на дворе стоял отец, увидел, что я пригнал машину сказал, дай мне попробовать проехаться, никогда не водил БМВ, хоть на старости–то лет проеду на дорогой машине. Да без проблем, сказал я ему и уступил место водителя, поехали немного покатаемся. Я сидел рядом, а отец колесил по городу, потом, мы заехали в магазин и решили поехать за город, к реке, просто посидеть, пообщаться и просто напросто отдохнуть. Я уже говорил, что места у нас были очень красивые, лес, река, были сделаны около речки скамеечки, для отдыхающих, совсем рядом была поляна, где я учувствовал в поединках, это единственная негативная мысль, которая омрачала мне красоту пейзажа. Поставив машину мы вышли, сели на лавку, взяли по бутылке пива, безалкогольного, разумеется и стали общаться. Общались на нейтральные темы, но потом, отец начал спрашивать поподробнее про болезнь Аньки. Я сказал, что с ней должно быть все в порядке, так как в Москве, врачи знают свое дело, в отличие от наших, которые так и глядят, что бы взять у кого ценного из внутренностей. Нет, не все, конечно, но пара-тройка есть таких уродов.
Мы сидели долго, аж до самого вечера, проголодались и решили ехать домой, так как можно было уже хорошенько поужинать, да и тем более, я хотел опять пойти к Аньке. Она сегодня должна была работать, и я, чтобы побыть хоть немножко с ней, решил идти и отдохнуть у нее в баре. Мы приехали домой, поужинали и я пошел одеваться поцивильнее и собрался ехать к своей подружке. Я позвонил и сказал, что смогу ее довезти до работы и что хочу сегодня отдохнуть в ее баре. Она была не против, что бы я ее подвез и сказала, что будет ждать меня на улице. Хорошо приодевшись, я пошел к машине, сел и поехал к ней домой. Она уже стояла возле дома и ждала меня.
- Ну что, готова, спросил я открывая окно.
- Конечно, я не думала, что ты пойдешь отдыхать к нам в бар, ты же говорил, что не любишь такие заведения?
- Да и сейчас говорю, что не люблю, просто хочу побыть с тобой.
- Ну ты же знаешь, что у меня не будет времени быть рядом, мне нужно работать, иначе мой шеф меня уволит за разговоры.
- Я не буду тебе мешать, я сяду за столик, выпью бутылку другую водки и мне будет хорошо и без тебя!
- Я тебе выпью, смотри, веди себя там хорошо, и не смей никуда встревать, у нас есть охрана, пускай они и работают, им за это деньги платят.
- А куда я встряну, я же никогда не лезу первый.
- Да я то это знаю, но там иногда бывает такой контингент, который хлебом не корми, дай ему только подраться, так что смотри, не вздумай никуда лезть.
- Да конечно не полезу, я же вон как одет, костюмчик, брючки и все такое, ну какой из меня сейчас боец?
- Ну это тебе не помешает! - Анька засмеялась.
- Ладно, буду тихо сидеть и пить сок, никуда лезть не буду и если что, побегу и пожалуюсь охране. - Я тоже засмеялся.
- Вот и не лезь, а я буду по мере возможности за тобой присматривать.
- Хорошо, моя госпожа, слушаюсь и повинуюсь.
1 2 3 4 5
Проголосовало: 0 чел.
Средний балл: 0.00
Комментарии (0)


Добавлено: 19.07.2010 02:07
Автор: Осадчий В.Н.
"Фантом", ч. 17
Конспиративная квартира


- Заходите, Николай, Андрей, - открывая дверь, сказал «первый». - Мы все уже здесь, ну я естественно и не мог быть где–нибудь в другом месте. Что такого срочного могло произойти, что ты мне позвонил, а Коль?
- Да это все Андрюха, это не моя идея встретиться, вот послушай-ка, Серег, что он вам расскажет, похоже, что у нас появился действительно важный свидетель, который сам хочет покончить со всем этим беспределом.
- Ну так не тяните же, проходите ко мне в кабинет.
Мы с отцом прошли в кабинет и поздоровались с остальными, нас уже ждали и тут же спросили, что за срочность, ведь вроде бы не намечалось больше ничего.
- Послушайте, мужики, начал говорить я, тут вот какое дело. - Я сел и на одном дыхании рассказал, что такого произошло сегодня вечером и почему такая срочность в нашей встрече.
- Ну ты молоток, похоже твой доблестный шеф тебе уже доверяет вообще всецело. Даже странно как –то?
- Да ничего странного, «первый», просто я умею вживаться хорошо в роль подлеца, то, что им надо больше всего.
- Ну и славно, вот теперь будем решать, что нам делать.
- А что тут решать, сказал мой отец, тут решение одно, сейчас пускай Андрюха едет к нему и все выясняет, могу , конечно, и я с ним поехать, но не буду мелькать, уверен, что за домом доктора будут следить, врядли ему сейчас доверяют.
- Да, это действительно, самое верно решение, вот не ожидал, что такой свидетель появиться, что же произошло такого, что этот врач отказывается работать, видимо, дела у доктора совсем плохи, если ему уже и деньги не надо. Да, дела…
Вот что тебе нужно делать, Андрюх, - «первый» встал, - ты полностью узнаешь, чем жил этот доктор до того, как решил закончить эту некую работу, узнаешь, что это за работа и кто в ней принимал участие, все понял?
- Так точно, «первый», - вставая, сказал я, - я не подведу, сегодня же все узнаю и расскажу отцу, а он все передаст вам, потом будем решать , что делать исходя уже из информации, которую я добуду.
- Да, кстати, что сказать по поводу его прикрытия, насколько можно открыть карты о нашем плане?
- Сильно не распространяйся, скажи, что есть люди, которым не нравится обстановка в городе и все такое, по ходу придумаешь, понятно, никаких имен и конкретики, прост убеди его, знаю, ты сможешь.
- Хорошо, тогда я поехал.
- Давай, дуй, но вот еще что, зайди не через дверь, а через балкон, так будет лучше.
- Ну могли бы и не говорить.
Я попрощался и вышел из дома. Отец еще остался там, что бы пообщаться, наверное, решил выйти отдельно от меня.
Я сел в машину и решил еще немножко покататься, что бы окончательно стало темно на улице. Поездив по городу, я остановился возле магазина, купил себе попить и решил позвонить Аньке. Она подняла трубку и сразу же спросила, приеду ли я сегодня к ней. Пришлось опять соврать, сказал, что не могу, так как сегодня у меня дела домашние, мать попросила помочь по дому, так как отец куда–то уехал и ей без меня не обойтись. Анька немного расстроилась и сказала, что будет меня ждать завтра, поинтересовавшись, не буду ли я занят завтра. Я пообещал, что завтра буду у нее, что обязательно с ней погуляем, но а сейчас мне нужно уже идти помогать матери. Я попрощался, попил воды и поехал поближе к дому, где жил Федоров. Приехал я довольно быстро, но решил не подъезжать к самому дому, решил подстраховаться и оставил машину на соседнем дворе. До дома добрался с заднего входа. Прикинул взглядом, где живет доктор и покарабкался по лестнице. Хорошо, что лестница шла рядом с балконами и мне не пришлось показывать чудеса акробатики, а просто нужно было переставить ногу вниз на балкон и взявшись рукой за этот же балкон, перелезть на него. Что я и сделал. Вроде бы остался никем не замеченным. Я залез внутрь балкона и заглянул в окно. На кухне никого не было, было темно, доктор видимо ушел оттуда, так как когда я лез, свет на кухне горел, видимо, пошел смотреть телик, подумал я. Так оно и было, я слышал, через открытое окно работу телевизора. Что было делать, пришлось тихонько постучать по стеклу.
Через некоторое время, когда я постучал еще пару раз в зале зажегся свет, видимо, доктор уже дремал, так как не вышел сразу, а может, просто испугался, ведь не каждый день, вам стучат по окну на третьем этаже, я его понимаю, сам мог бы наделать в штаны, особенно, ночью. Не включая света на кухне доктор подошел к окну и вгляделся в темноту, я подошел поближе, что бы он меня узнали и он незамедлительно открыл дверь балкона.
- Вот не ожидал вас сегодня увидеть, у вас всегда такая манера по ночам в гости заходить?
- Простите, доктор, я не мог рисковать, - проходя через дверь сказал я.
- Ну, может быть вы, наконец, объясните, кто вы такой и почему у вас ко мне такой интерес, раз вы в потемках лезете ко мне в окно.
- Меня зовут, Андрей, доктор, и я вам сейчас все объясню, да, вы правы, интерес у меня к вам просто огромный.
- Ну тогда прошу в зал, давайте поговорим там.
- Хорошо, идемте, доктор, кстати, как ваша голова, вы в порядке, простите меня, когда мы заходили днем, я не успел среагировать, что бы вас не задело, еще раз простите.
- Ничего, я не маленький мальчик, так что вам угодно, Андрей, зачем я вам.
- Давайте, доктор, начнем с самого начала, присаживайтесь поудобнее, разговор будет долгим.
Федоров сел и с ярко выраженным любопытством смотрел на меня. Я не знаю, о чем он думал, но возможно, он видел во мне некое спасение для себя, как мне уже думалось раньше, сейчас я его просветлю, а может быть и он меня.
- Так вот, - начал я, - доктор, я представляю неких людей, имена и кто они, чем занимаются я вам сказать не могу, могу лишь только сказать то, что они очень хотят вам помочь и что они нуждаются в вашей помощи, вы им очень нужны. Вы, уже , наверное, догадались, что ничего общего с моим сегодняшним другом у нас нет, и что я работаю совершенно на другую, так скажем, организацию.
- Ну это я уже понял, но кто вы и зачем вам я?
- Я же сказал, я не могу сказать кто мы, придет время, вы все узнаете, обещаю и даже будете помогать нам, если не хотите, что бы с вашей семьей что-нибудь сделалось, так как мы не можем ее прикрыть, не получив вашего согласия работать на нас, нам нельзя рисковать и выдавать себя даже, ради вашей семьи. Но вот что я хочу сказать, доктор, у вас есть один верный шанс, остаться самому в живых, покончить с беспределом в городе и сохранить свою семью. Сейчас вы должны мне будете все рассказать, все , что вы знаете об уважаемых людях нашего города, что вы для них делали и от чего отказываетесь делать это дальше. Вам понятны вопросы, только ничего не пропускайте, говорите каждую мелочь.
- Мне кажется, я понял кто вы, да, да, я понял. Вы, некая организация, не исключено, что негосударственная, никому не подчиняющаяся, которая отслеживает беспредел и удаляет его на корню. Это так?
- Доктор, вы очень проницательный человек, но однако же давайте приступим к делу, рассказывайте все, что знаете, как на духу, от этого будет зависеть не только что будет с вами , но и как я уже сказал, с вашей семьей. Начинайте.
- Вы не против, я пойду возьму бутылочку пива, что–то в горле пересохло, да и тем более, молодой человек, рассказ будет не из приятных.
- Конечно, доктор, сходите и возьмите пива, а мне, пожалуйста, принесите сок, если есть?
- Конечно, вам какой?
- Можно виноградный, говорят, что виноград для мозгов полезен, а у меня они последнее время просто кипят от передозов информации, так что – виноградный.
- Одну минуточку, я сейчас.
Доктор выщел и пошел в кухню, а я сидел и думал, что же он может такого рассказать, от чего будет не приятно, врядли меня уже можно было чем–то удивить, зная наших уважаемых людей города, они на все горазды.
- Вот ваш сок, возьмите.
- Спасибо, док и можно звать меня на ты, вы же старше и мне как–то не по себе от вас слышать вы.
- Хорошо, Андрей, слушай, что я хочу тебе сказать. Если ты работаешь на тех, о ком я сейчас сказал, вернее, догадался, то тебе очень многое должно быть известно о наших уважаемых людях и о том, чем они занимаются.
- Не сомневайтесь, доктор, известно многое, но не о всем и не о каждом, так что вы меня просветите в этом вопросе.
- Вы, прости, ты знаешь, что у нас в городе есть своего рода тотализатор, ну делают ставки на бойцов, которые уродуют друг друга в нашей зоне, ну да и не только в зоне?
- Конечно, доктор, я это знаю, скажу даже больше, что я лично участвую в этих боях, правда совсем недавно только начал участвовать и совсем недавно узнал об этом беспределе. Раньше, до окончания ВУЗа я не лез в дела города, был в стороне и жил спокойно, но так получилось, что на работу я попал в Службу судебных приставов и начальник у меня Владимир Иванович, вы же его знаете?
- Конечно знаю, это один из подлецов, который держит в страхе весь город, но только, я повторяю, один. Но, я уверен, что об остальных ты тоже знаешь, да, Андрей?
- Знаю, но не о всех их делах.
- Так вот, я тебе расскажу, Андрей, с чего все это началось. - Доктор встал и подошел к окну. - Раньше, лет 10 назад, такого в нашем городе не было, ну может быть и было, но не на таком уровне, была коррупция, бомбежка рынков, предпринимателей и все такое, сам понимаешь, время. Были и бои, но они протекали в спортзале и не велись до смерти, как сейчас. Ты же участвовал просто в боях, без летального исхода, да?
- Да, без летального, но я знаю, что есть «день икс», что там дерутся до смерти, вы это хотите мне сказать?
- Да, это, но и не только это. Я продолжу, позволь. Вся беда началась тогда, когда сменилась власть в нашем городе, на место местного главы пришел некий Леонид Николаевич Клещев, ты его вероятно знаешь, наш незаменимый и всеблагой мэр!
- Знаю, продолжайте.
- Так вот, этот негодяй Клещев, бывший вояка, спецназовец, редкостный садист и отморозок. Уж не знаю, как он получил место мэра, хотя знаю, за деньги, конечно, за большие, но знаю то, что после его постановки на этот пост, весь город начал работать на него, начиная от обычной гостиницы, заканчивая нашей доблестной милицией да и мной в том числе.
Придя на этот пост, он постепенно выжил местную братву со всех ими контролируемых территорий, полностью, кто отказывался уходить, ведь братва, сам понимаешь, люди конкретные, тех перестреляли, так как он, наш любимый мэр, пришел не один. Он помог занять злачные места всем своим дружкам, что бы они были у власти и ему никто не мешал беспределить, это и прокурор, и судья, и твой шеф, и мой шеф и начальник милиции и еще много кто. Короче, он сменил всю правящую верхушку нашего города, связи у него конечно, обалденные, говорят даже, что его поддерживали бандиты из Чеченской группировки, но кто и как поддерживал мне это неизвестно. Он получал прибыль буквально от всего, так как сам был у власти и его тронуть никто не мог, все у него было схвачено, все куплено и поставлено на получение прибыли. Он поделил территории нашего города, выделил каждому свою часть города и людей, вот твоему шефу выделил я знаю барыг, ментам, выделил рынок и проституток, прокурор и судья контролируют лесной и рыбный бизнес ну плюс еще мутят там с досрочными освобождениями, прикрывают преступления и все такое, живут безбедно, сам понимаешь и каждый со своей территории, как пчелка в улей несет дольку мэру. Все на высшем уровне. Теперь, ты наверное хочешь спросить, какова же моя роль во всем этом? Я тебе скажу. Опять же, даже людям, давшим клятву Гиппократу приходится ее нарушать. Лечить всех честно и бесплатно – это было в далеком прошлом и , наверное, только Гиппократ сам это делал. В наше время все не так. Наш мэр, повоевавши и повидавши многое, решил и тотализатор вывести на другой уровень, а именно, сделать его, можно так сказать, международным, ведь ставки на таком уровне увеличиваются в порядок раз. Он, благодаря своим связям, нашел людей, которые были помешаны на деньгах так же как и он, а именно, готовых выставлять своих бойцов на бои с летальным исходом, и поверь мне, Андрюх, таких людей очень много. Приезжали к нам все, от запада до востока, через всю карту пронеслась слава о подпольных боях. Какие же тут крутятся деньги и главное, что никто никого не трогает, в плане милиции и других служб, дерись себе, убивай и тебе ничего не будет, красота!
- Послушайте, доктор, ну а вы то хоть тут причем, я никак понять не могу, вы что, залечиваете их после боя, ну что бы без отчетов и отписок в милицию, но она же и так ваша, врядли будут проверять?
- Не спеши, Андрей, я дойду и до себя. Так вот, глядя на бои без правил, на смерти и на весь этот бардак, мэр и сам не брезговал выступать в поединках, я лично видел, как он убил не одного человека, так как я постоянно бываю рядом. Бои происходят один раз в год, со смертельным исходом, разумеется, а подпольно они дерутся куда чаще, чуть ли не каждый месяц. А теперь, главное, что касается моего участия. Но чтобы рассказать об этом, нужно еще отправиться немного в прошлое, уже касающееся лично меня.
Доктор стал заметно нервничать, у него начали дрожать руки, я видел это, когда он подносил бутылку с пивом ко рту и я, если честно, занервничал тоже, так как понял, что сейчас мне скажут такое, от чего я выпаду в осадок, что кстати и произошло.
- У меня был сын, сейчас бы ему уже было 25 лет, очень хороший парень. У меня была жена, мы были счастливы в браке, омрачало наш брак только то, что у нашего сына было больное сердце, что бы мы не делали, какое бы лечение не давали сыну, легче ему не становилось. Ему была сделана операция, но и она не дала желаемого эффекта. Я отвез его в Москву и там поставили очень неутешительный диагноз, что жить моему сыну оставалось совсем ничего и что ему ничего не поможет, кроме, как пересадка сердца. Пересадка сердца, сам понимаешь, вещь настолько дорогая, что ни у меня ни у жены ни у всех наших родственников не хватило бы никаких денег. Я впал в депрессию, начались проблемы с алкоголем, жена была на грани нервного срыва ну и нашей семье оставалось только развалиться. Я бегал, как сумасшедший, искал деньги, обращался ко всем, к кому мог, давал объявления в газету, на телевидение, но все было тщетно, деньги, конечно, собрали, но их не хватало даже на одну треть операции, увы, я проиграл. Сам, понимаешь, Андрюх, что сердца вот так просто не продаются на рынках, они бронируются в основном банке данных и что если ты его заказываешь, то деньги переводишь мгновенно, только тогда тебе доставляют это сердце, ведь очередь на сердца в мире астрономическая! Я окончательно потерял всякий сон, покой и себя, начал сильно пить, дело доходило вот-вот до развода, сын угасал на глазах.
Доктор встал и молча пошел на кухню. Я тоже поник головой, потому, как понимаю, что значит потерять ребенка, насмотрелся уже таких примеров вдоволь. Родители после этого вообще, превращаются в зомби и в жизни их больше ничего не интересует. Представляю, что пережил этот несчастный Федоров, когда потерял сына и что он переживает сейчас, когда мне все это рассказывает. Опять, опять я являюсь причиной того, что люди страдают, даже в этой ситуации, когда я вроде бы пришел на помощь, все равно людям я доставляю боль, когда все это кончится. Настроение у меня совсем пропало. Нужно сейчас выпить, подумал я, просто выпить стакан водки и все. Куда интересно пошел доктор? Его уже нету несколько минут.
Вдруг дверь в зал отворилась и вошел доктор, с альбомом в руках и бутылкой водки. Как же он угадал мои мысли, а с другой–то стороны, почему бы и не угадать в такой ситуации, чисто мужская логика.
- Вот смотри, Андрюх, это мой сын, тут он маленький. Вот это жена, вот мы вместе. Доктор рассказывал мне про каждую фотографию, из глаз у него катились слезы, да и я если честно хоть и привык иметь выдержку, тоже чуть не заплакал. Это была счастливая семья, я видел, что они счастливы вместе, улыбались, радовались и просто жили. Затем доктор начал показывать фотографии сына, когда ему уже стало хуже, он действительно сильно поменялся, улыбка на лице пропала, вид был измученным и родители тоже сменил улыбки на печаль.
- Так вот, Андрей, когда я уже совсем отчаялся, ко мне подошел мой коллега, Анатолий Петрович Стоков и сказал, что ему очень нужно поговорить со мной, что он знает, как спасти моего сына, что это мой единственный шанс! Ну и что мне оставалось делать, Андрей, естественно, я пошел за Стоковым и умолял сказать мне, что это за шанс, это деньги, которые он мне может дать? Стоков же сказал в свою очередь, что это не деньги, что это напрямую то, что мне было нужно – сердце. Но где, как, откуда у нас появилось сердце, тем более, что оно должно абсолютно подходить конкретному человеку?
Доктор задумался. На некоторое время он замолчал, видимо, пытался собраться с мыслями, что бы продолжить основную часть своего рассказа. Наконец он пришел в себя, выпил стакан водки, я кстати тоже и продолжил.
- Так вот, - сказал мне Стоков, - если ты хочешь, что бы твой сын был жив, ты должен работать на меня, но не в больнице, как ты подумал, а негласно так сказать.
- И что же я должен делать?, - спросил я у него.
- А все просто. Один человек, решил открыть у нас в городе банк донорских органов, и мы ему очень нужны для этих целей, так как мы единственные в своем роде специалисты такого класса, которые способны все аккуратно и чисто проделать, достать, к примеру сердце, поместить его в хранилище и затем передать клиенту, который за это заплатит.
- Я не понимаю, но ведь мы на это не имеем право, нас будут судить, у нас нету вообще таких полномочий.
- Слушай, ты хочешь, что бы твой сын был жив или нет, если нет, то забудь о нашем разговоре и я пошел, до встречи.
- Стойте, подождите. Я согласен.
Доктор опять налил себе стакан водки и выпил.
- А что мне оставалось делать, Андрей, скажи мне пожалуйста, ведь это был мой единственный сын, у меня не было выбора. - Федоров закрыл лицо рукой и откинулся в кресле. Я продолжал молчать и смотрел на него.
- Да, я согласился, - начал опять он, - так как не было выбора. Будь у тебя ребенок, ты бы меня понял.
- Продолжайте, доктор, говорите, я слушаю, успокойтесь, назад ведь все равно ничего не вернешь….
- Как я уже сказал, я дал согласие и спросил, а где же мы будем брать сердца и другие органы, на что получил ответ, который меня шокировал.
- Ты же знаешь, Федоров, сказал мне Стоков, у нас в городе проходят чемпионаты по боям без правил, знаешь?
- Ну знаю, и что дальше?
- А то, что теперь бои ведутся на смерть, благодаря моему хорошему другу, который ныне мэр.
- Дальше не понимаю.
- А что ты не понимаешь, бои ведутся до смерти, но не до самой. Мой друг, мэр нашел способ зарабатывать на боях вдвойне и даже в десятки раз больше, благодаря своей идее. Она следующая. Вобщем, чтобы не грузить тебя скажу кратко, на ринг выходят два бойца, в основном, это те люди, которых никогда не будут искать, если их даже и убьют, сам понимаешь, если пошел так зарабатывать, значит, должен готовым быть ко всему, идем далее, после поединка, один проигрывает, но победитель, его не убивает до конца, что бы еще дышал так сказать, а вот тут–то и начинается наша работа, мы кладем его на операционный стол и вытаскиваем из него требуха, ну те, что нам нужны и на что поступают заказы, врубаешься?
- Но это же убийство, это не правильно пытался оправдываться я, но он опять сказал мне про сына и я забыл про все, я согласился, как уже говорил, ты бы возможно, тоже так же поступил на моем месте.
- Подождите, доктор, а как вы знали, что это сердце вам подойдет и именно к примеру эта почка вам нужна?
- А мы проводили тщательнейшие анализы бойцов, которые дрались на смерть, им говорили, что для их же безопасности, ну мол, чтобы если что, можно было помощь им оказать, они верили и проходили полное обследование, кто не подходил, мы вычеркивали его из общего списка нужных «тел» и его можно было просто убить и тем самым порадовать публику. Кстати публика, еще та подобралась, никого постороннего там не найдешь, как например, в боях на обычные ставки, там только те, кто ставит деньги и те, кому нужны органы, может и еще кто есть, но я их не знаю, там вообще жуткие дела делаются, на этот «день икс» назначается куча встреч всех этих подонков.
- Прошу, вас, доктор, продолжайте.
- Да что тут уже продолжать, я думаю, что тебе и так уже ясно, что было дальше. Я первый раз пошел на эти бои смерти, в «день икс», узнал своего настоящего работодателя, мэра города, он сказал, что если я здесь, то дороги назад у меня уже не будет, что я буду работать на него до конца своих дней и что меня убьют, если я засобираюсь уйти или чего доброго вздумаю сообщить куда не надо. Еще сказали, что убьют моего сына, мать и смерть их будет не быстрой. Жену вообще обещали на панель пристроить, в общем, Андрюх, попал я по самые не балуйся! Я сказал, что сделаю что угодно, лишь бы спасти сына и мэр, одобрительно кивнув мне головой сказал, что бы я готовился к своей первой прибыльной работе, так как бой вот-вот уже начнется. Бой продолжался не долго, скажу сразу, что в первом же бою дрался так называемый донор моего сына, какой–то парень, вроде бы говорят, что из наших мест. Он проиграл, его послали в такой нокаут, что он даже не пришел в себя, когда мы перевозили его в больницу. Дав ему анестезию, мы с моими коллегами, вырезали его сердце и поместили в хранилище. Забрали так же и его почки, так как парень был действительно здоров по всем показателям. Сердце могло существовать без человека всего несколько часов, после чего оно становилось непригодным. Я немедленно начал готовить сына к операции.
Доктор опять замолчал, опять молча налил водки и предложил мне, но я отказался, рассказ настолько увлек и шокировал меня, что я не мог и пошевелиться.
- Дальше, прошу вас, продолжайте.
- А что дальше, мы сделали операцию, мой сын пошел на поправку. Я летал от счастья, не подумайте, что я забыл, что отправил на тот свет невиновного парня, нет, не забыл, но на тот момент меня интересовал только мой сын. Жена тоже, как будто–бы родилась заново. У нас начало все налаживаться. Я получил еще и денег, за донорские органы, получил столько, что мог бы год вообще не работать и жить припеваючи. Наш мэр был очень доволен, вызвал меня в кабинет, похвалил за проделанную работу и сказал, что у меня будет еще работа, так как ненужных тел, сказал он, очень много ходит по миру и особенно, сидит на зонах. Как он сказал, материал был не совсем хороший, контингент людей сидел разный, но выбрать тоже можно.
- А как вы это делали. Ведь у сидельцев же есть родственники и все такое, ну это же не реально.
- Да все реально в нашем мире, обыгрывали все так, что никто не придирался, даже родственники, хотя старались выбирать людей, которые были одинокими, таких в наше время много, а если кто и спрашивал, то говорили, что заключенный такой–то бежал из зоны, объявляли в розыск, либо, говорили, что застрелен при попытке к бегству, но это редко бывало, в основном, работали с людьми без родственников, так как могли быть проверки из области, по поводу побегов и попыток. В области, хоть все и подмазаны, но всех ведь не подмажешь, могли найтись свои герои.
- Да доктор, история прямо жуткая, - вставая с кресла сказал я. - Ну а дальше, что было дальше, почему вы потеряли сына?
- А что дальше, я работал негласно, как мне и приказывали, потрошил людей, забирал органы и в дальнейшем получал от этого хорошие деньги.
- И что, спрос действительно был?
- Конечно, не представляете даже какой! Я работал, не покладая рук, так как постоянно кто-то нуждался в органах. Мне доставляли людей отовсюду, откуда только можно. Милиция собирала бомжей, бездомных, детей….
- Опять произошла длинная пауза, после того, как он произнес слова дети, я резко встал.
- Как детей, каких детей, о чем вы, доктор?
- Мне плохо, я не могу говорить, прости. Я не могу. - Доктор навзрыд заплакал.
- Доктор, успокойтесь, говорите, говорите немедленно. У меня чуть крыша не съехала, когда я узнал про детей. Итак, доктор, откуда дети? Тоже бездомные?
- Да, но и не только, у некоторых из них был дом, правда назывался детским… Родителей у этих детей не было, за них никто не спрашивал, их просто привозили и все, ведь детские органы пользовались еще большим спросом, чем органы взрослых людей, вы же понимаете. К примеру у людей, сильных мира сего, заболевает чадо, нужна срочная пересадка органов, и что, вы думаете он будет думать о том, откуда эти органы берутся, хрен там, они ни о чем и никогда не думают, просто обращаются к нужным людям и те выходят на нас, на наши услуги. Дальше, эти сильные мира сего отстегивают нам деньги и получают для своих детей почки, сердца и все что надо.
После этих слов у меня волосы встали дыбом. Я без лишнего промедления налил себе целый стакан и залпом его выпил.
- Продолжайте, доктор.
- А что тут продолжать, я уже все рассказал.
- А как же проверки в детских домах, ну есть же такие, даже по телевизору их показывают. Кстати, по местному каналу наш детский дом тоже показывали, я лично видел, говорят, что наш дом один из самых образцовых.
- Не смешите меня, какие нахрен проверки, эти проверки все куплены и перекуплены, никто никогда ничего не узнает о том, что делается в этих детских домах! Наш мэр и тут наложил свою лапу, ведь детские органы это не все, чем он занимается, под его контролем и контролем нашего доброго прокурора, который кстати и должен производить контроль, происходит продажа детей за границу, а это еще прибыль и не малая. Мы подделывали истории болезней детей, выдавали больных за здоровых и отправляли их за кордон. Да, мы делали это и я ненавижу себя за это, я ненавижу всех, кто к этому причастен, но моя ненависть остается только со мной, я ненавижу себя, я презираю себя! Я просто не хочу жить! Я знаю, что это никогда не закончится!
- Доктор, вы сволочь, вы редкостная сволочь, как вы могли такое делать, как вы могли?!
Я заметно начал выходить из себя, еле сдерживался, что бы не ударить его со всей силы, было очень тяжело сдержаться, но головой понимал, что это надо сделать, иначе после моего удара доктор может не прийти в себя.
- Я знаю, что заслуживаю смерти, я не боюсь ее, мне нечего тебе сказать, Андрей, больше нечего, делайте со мной, что хотите, я не хочу жить и не буду.
- Постойте, доктор, - с трудом вернувшись в более или менее нормальное состояние, сказал я, - а что стало с вашим сыном, почему его не стало?
- А, главное–то я и не сказал, - доктор грустно улыбнулся. - Он умер, его не стало, видишь ли, Андрей, за все в жизни нужно платить и это вот моя цена, Бог все видел и вот так вот наказал меня. Я уже не человек, после смерти сына мне уже не мил свет и никто уже не нужен. Жена ушла, остался из родных на свете один только человек – мать.
- И поэтому вы прекратили свои кровавые дела?
- Да, поэтому прекратил. Я раскаялся, осознал, что это кара Господня, начал ходить в церковь, молить о прощении и Бог меня услышал.
- В каком смысле услышал, поясните доктор?
- Мне приснился сон, что мой сын стоит где–то в очень красивом саду, и зовет меня к себе. Я подошел к нему и спросил, что он делает здесь, а он сказал, что теперь тут его дом, что ему теперь тут хорошо и что у него больше ничего не болит. Я спросил ну как же он тут один, ведь лучше бы ему было быть со мной и матерью, что ему все равно нужна помощь, хоть болей в сердце и нет, я то думал земными мыслями, даже во сне, но сын, расстегнув рубашку и, засунув руку к себе внутрь тела, достал сердце сказал, что бы я вернул его тому, у кого взял и указал пальцем прямо мне за спину. Еще не повернувшись я увидел, как тело сына ну место откуда он вынул сердце сразу же стало нормальным, рана затянулась, как будто бы ее и не было. Затем, медленно я повернулся и обомлел, сзади меня стоял парень, у которого я забрал сердце и почки. На месте сердца и почек были дыры, из которых лилась фонтаном кровь, она попадала на меня на одежду, лицо, руки. Он сказал мне, что ему очень больно, что бы я вернул ему сердце, иначе его муки никогда не прекратятся, это было жутко. Ничего подобного я никогда не испытывал, чувство было такое, что я не сплю, сон был настолько реальным, что я даже ощущал теплоту крови брызгающей на меня. Потом, неожиданно все пропало, и на месте моего сына и этого парня появился какой–то седой старик, который взял меня под руку и повел в глубь сада. По дороге он сказал мне, что я стал не на тот путь, что я сделал много зла и что мне необходимо остановиться и раскаяться. Я не мог сказать и слова этому старику, а он повел меня к какому-то дереву и сказал, что это есть дерево жизни нашей Земли, что оно усыхает и что чаша терпения нашего Господа переполнена, нам людям, нужно стремиться к добру, отказаться от зла и раскаяться, тогда, дерево снова станет зеленым и живым, но нужно торопиться, так как живой на дереве, оставалась только одна ветвь. После этого старик сказал мне еще одну вещь, что в земной жизни у меня появится друг, который поможет мне бороться со злом. Затем, он исчез, а я проснулся. Ну что я могу сказать, волосы после этого сна у меня на голове встали дыбом. Хотел пойти выпить водки, но она не лезла в горло, как будто бы мне специально дали возможность на трезвую голову оценить то, что со мной произошло во сне. Будто бы сам Иисус хотел мне помочь. После этого я пошел на работу и сказал своему главному, что отказываюсь больше заниматься своей работой, больше не буду убивать невинных людей и потребовал расчет. Доктор к концу разговора немного успокоился и пошел сел на диван.
- Ну после того, как меня не рассчитал мой шеф явились вы, и дали мне по башке, вот и вся история. Больше мне сказать нечего.
- Да, доктор, история просто жуткая, - я тоже встал с кресла и пошел сел на диван рядом с ним.
- Ну и что мне прикажешь делать, а, я запутался, я не вижу вообще никакого смысла в этой жизни, я столько всего натворил, что для меня есть только один выход – смерть.
- Нет, доктор, погодите, умирать, ведь если вы умрете, то не сможете мне помочь, не сможете помочь мне, не сможете искупить свою вину и раскаяться, так что, смерть для вас не выход. Вы же помните, что вам сказали во сне, помните? Вам сказали, что у вас будет друг и этот друг я. Могу сказать вам, доктор, что вам во сне дали не полную информацию о друзьях, у вас их будет гораздо больше, поверьте мне.
- Знаешь, Андрей, я почему–то сразу и подумал, ну как только увидел вас в первый раз, что нас с вами свяжет общее дело, уж не знаю почему, но это первая мысль, которая пришла ко мне в голову.
- Именно, именно, доктор, у нас будет общее дело, обещаю вам, что если вы поможете нам покончить с беспределом, творящимся в городе, мы сможем прикрыть вашу семью и вас, но за ваши незаконные операции вам придется ответить, вы это должны понимать. Вы понесете заслуженное наказание и к этому вы должны быть готовы. Только наказанием вы сможете искупить вину перед обществом, хотя тюрьма, я считаю, для вас не будет самым страшной карой, главное наказание у вас будет после жизни, отвечать вы будете перед Богом, так что земного суда вам бояться не стоит.
- Я ничего не боюсь и готов ответить перед всеми и судом и Богом, я раскаиваюсь в своих поступках и готов делать то, что вы мне скажете.
- Вот и отлично, доктор, для начала, вы дадите согласие работать дальше, но только потребуйте небольшого отпуска, недели на две, что бы дотянуть до «дня икс», без вас ведь никаких операций делать не будут, вы же ценный спец, так вы говорите?
- Да, без меня ни одна операция не проходит, но зачем это все?
- А затем, что если вашим работодателям понадобятся донорские органы, то они элементарно не смогут их без вас добыть, понимаете?
- Я понял, но какой больничный, мне же его не дадут, хотя, твой приятель мне не плохо зарядил по голове, уверен, что у меня сотрясение мозга, могу попробовать выиграть несколько дней.
- Ну и прекрасно, на этом и порешили.
- Завтра, когда мы с Иваном к вам зайдем, вы скажете, что подумали и решили работать дальше, так как жизнь идет и требует больших расходов, после этого потребуйте у своего главного больничный, глядя на ваше лицо, вы его полностью заслуживаете. Вам все понятно?
- Да, понятно, еще вопрос, когда вас ждать и как с вами связаться, если вдруг у меня будет что вам сказать?
- Вот номер моего телефона, звоните и говорите, если будет что сказать, но по пустякам, просьба не беспокоить, а то мало ли что. А придем мы завтра примерно в то же время, так что ждите нас и ведите себя поестественнее.
- Я все понял, я буду ждать вас, когда вы зайдете я буду естественным.
- Хорошо, доктор, мне пора идти, я должен поговорить по вашему поводу со своими людьми, так как признаюсь, такого услышать не ожидал, мои друзья тоже буду ошарашены я в этом просто уверен.
- Вы как, кстати, пойдете, как и пришли?
- Да, придется опять почувствовать себя верхолазом.
Я пошел в кухню и открыл балкон.
- Вы все поняли, доктор?
- Не сомневайтесь, я вас не подведу.
- Ну тогда до встречи, Федоров, - сказал я и вышел на балкон.
- До встречи, Андрей, я все сделаю как надо.
- Я в этом не сомневаюсь.
Я вышел на балкон и открыл окно и вылез наружу. Ухватившись за лестницу я спустился вниз и пошел на соседнюю улицу к своей машине. На дворе уже была тьма-тьмущая, на улице практически никого не было. Я дошел до машины сел и поехал домой. Зайдя в дом я увидел, что отец уже лег спать, ну что ты будешь делать. Будить его не стал и пошел тоже лег в кровать. Мне не спалось. В голову опять веретеницей потянулись черные мысли. Да, доктор окончательно убедил меня в том, что наш город действительно черный, во все смыслах этого слова. Мне не спалось, я встал и пошел в кухню за снотворным.
- Блин, куда же мать его дела, ну где его искать, хоть ты иди ее буди.
Я начал шуршать по шкафчику, где лежали лекарства и никак не мог найти это проклятое снотворное, без него – реально не усну. Мысли настолько начали атаковать мою голову, что я чуть на чуть подавлял в себе желание не выскочить в окно, не побежать к мэру и не вырвать ему кадык. Засмотревшись в кучу разложенных лекарств я не увидел, как локтем задел стоящую рядом кастрюлю. Она загремела с таким стуком на пол, что мои незамедлительно проснулись. Мать вышла на кухню и увидев меня копающимся в лекарствах с тревогой спросила что со мной случилось?
Я ее успокоил, сказал, что мне просто не спится и попросил, что бы она дала мне что–нибудь успокоительное, что бы заснуть, сказал, что на работе сейчас время отчетов, а у меня не все ладится, поэтому я потерял на время сон. Мать посмеялась и дала мне снотворное при этом похвалила, сказала, что я молодец, что ответственно отношусь к работе.
Я выпил снотворное и пошел опять спать. Еле-еле, благодаря снотворному и длительной медитации я смог вырубиться. Спалось надо сказать очень плохо, я все равно несколько раз просыпался, меня постоянно что–то душило и мучили кошмары. Что только мне не снилось, в основном, всякая гадость, о которой даже говорить не хочется. Я еле смог дождаться утра, подскочил, даже не дождавшись звонка будильника. Только открыл глаза, раздался звонок на мобильный. Это был Иван, он сказал, что на работе его сегодня не будет и чтобы я ждал его возле бара после рабочего дня, так как надо будет ехать к доктору и осведомиться о его решении. Я пообещал Ивану, что буду в условленном месте и пошел в ванную комнату приводить себя в порядок. Лицо было опять опухшим до неузнаваемости. Вроде бы и не пил сильно, так пару стаканов, это мне на раз плюнуть, не доза, но лицо все же опухло, глаза были красные, как будто бы я был с дикого перепоя. Умывшись и причесавшись я вышел на кухню позавтракать и поговорить с отцом, но его уже не было, мать послала его в магазин за какой–то запчастью к крану, он у нас уже второй день течет, возможно полетела прокладка. Раздосадовавшись этим и перекусив, я пошел в гараж выгонять машину и собрался ехать на работу. Но тут меня поджидала неприятность, машина не заводилась, как я не пытался. Оказывается у меня сел аккумулятор. Ну вот только этого мне и не хватало! Я позвонил шефу и сказал, что немного задержусь, мол у меня поломалась машина. Шеф без проблем вошел в ситуацию и сказал , что ничего страшного, ведь из отдела кадров ему уже передали отчет и с отчетом, как он сказал было все в порядке. Он сказал, чтобы я отволок машину в сервис, а потом мог приходить на работу.
- Ну бля, золотой же человек, не будь он таким гадом, - выругавшись сказал я. Такого бы шефа, да что бы он был нормальный, эх, о чем еще можно мечтать, жаль, что такой человек, с виду нормальный всего напросто обычный козел, которого ничего кроме денег и влияния не интересует. Подождав немного отца и не дождавшись, я вызвал машину из сервиса и отправил свою тачку на ремонт. После сервиса пошел на работу, предварительно позвонив отцу и сказав, чтобы он никуда не уходил, что у меня есть инфа, от которой у него башню снесет, не иначе! Отец сказал, что будет меня ждать и я со спокойной душой, если так можно сказать пошел приступать к своим обязанностям по работе.
Уже по сложившейся традиции шеф попросил меня зайти к нему и рассказать, как мы побыли у доктора и смогли ли
1 2 3 4 5
Проголосовало: 0 чел.
Средний балл: 0.00
Комментарии (0)


Cтраницы:
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12

Добавить в раздел «Проза сезона»

Вход для зарегистрированных пользователей
логин :
пароль :
 
Регистрация на сайте  Регистрация
Наиболее популярные
Шоу Трумэна На мир глядим мы сквозь стекло И красим в выдумки...
20 бал. / 4 чел.
"Красная Шапочка" на разный лад, на мой взгляд, очень похоже... Эдгар...
15 бал. / 3 чел.
А я и не спешу...
5 бал. / 1 чел.
Спина уважаемого человека...
10 бал. / 2 чел.
Мелодия называется «Бэтман и Кацман»
5 бал. / 1 чел.
Ах! Карнавал, карнавал!!!...
5 бал. / 1 чел.
"Стиль для небогатых" «Не все мы, к сожалению, олигархи. Плохо...
10 бал. / 2 чел.