Проснись знаменитым или Креатив жжот!     Проза сезона

Проза сезона

Добавлено: 26.11.2011 12:44
Автор: Осадчий В.Н.

1 2 3 4 5
Проголосовало: 0 чел.
Средний балл: 0.00
Комментарии (0)


Добавлено: 03.03.2011 00:20
Автор: Serj Van Gik
«Далеко от Бога Мексика»
Повесть о "благородных жуликах".
Екатерине Д. и моим лучшим друзьям с благодарностью..
Глава 1.
«Приматы, или Viva Las Vegas!»
«Кац предлагает сдаться, предлагает сдаться, предлагает сдаться…» - цитирует внутренний шизо – голос. Эта дурацкая фраза характеризует мои мысли последнего времени, наверное, лучше прочего.… Только кому сдаться? Судьбе?
С чего всё началось? Долго рассказывать.… Не буду пытаться копать слишком глубоко.
Ту-ту-ту…дзинь.… Звенит, стучит, урчит в чреве «одноруких бандитов». С завидным аппетитом поглощая денежку, автомат выдает «you lose» … Я проиграл. Я лузер… «Кац предлагает сдаться…»
Игровые автоматы делятся на несколько категорий и видов. Есть «дающие», «редко дающие» и «практически не дающие». Это в зависимости от вероятности выигрыша. Кстати, сейчас, когда их начали закрывать и к концу года перекинут в 4 региона, где построят «русские Лас-Вегасы», они дают гораздо меньше. Просто новых клиентов привлечь выигрышем и тем самым подсадить на игру уже не успевают, вот и дербанят старых на полную. Те всё равно будут исправно кормить «бандитов».
Ещё автоматы делятся на виды. Есть автоматы с тянущей веревку обезьяной («приматы», как их называет Андрюха) В «приматах» обезьяне вместо банана, означающего бонус в разном количестве баллов, частенько падает на голову кокос, кирпич или наковальня (бабах! Трендец бонусу!) Есть гоняющие вас по кругу, подобно детской игре с фишками и кубиками, «фруктовые коктейли», или «crazy fruits». «Клубника», по Андрюхе.
Есть такие, в которых Штирлиц пытается вытащить бонус из сейфа (где зачастую оказывается динамит: бабах! Трендец бонусу!) или крупный бонус от радистки Кэт, выходящей из шкафа (откуда вместо неё вылазит огромный Мюллер в чёрной форме: снова трендец бонусу!) Это «резидент», или «Штирлиц» по-нашему.
На фоне гаража и лежащего с сигаретой в зубах и бутылкой какого-то пойла в руке колдыря в кепке разворачивается действие игры «Гараж». Бонусы в нём тащатся из ящиков. Можно вытащить ножовку (столько-то баллов), гаечный ключ (ещё столько-то баллов), или выскочит кукла полицейского на пружине с жезлом в руке (тот же незабвенный трендец!) «Гараж» иногда ещё мы зовём «Антоныч» - по имени одного мужика, у которого мы как-то снимали жильё. Колдырь в игре чем-то напоминает его. Здесь, как и всюду, можно выиграть, можно проиграть. Проиграть, конечно, чаще. Везёт на нём в целом средненько – реже, чем в «чертях», но чаще, чем в «Штирлице». И потом, это зависит от самого «бандита», места его расположения и запрограммированного процента отдачи. «Не все гаражи одинаково полезны!», - любит говаривать Андрюха.
Есть еще несколько видов «бандитов», которые встречаются обычно реже, типа «лягушек», «пробок» и прочая.
И, наконец, «черти». Бонусы здесь лежат под шляпами, которые предлагает на выбор пожилому забулдыге ухмыляющийся чёрт. При бонусе на игровом поле, образованном вращением виртуального барабана, выпадает тройка чёртиков, которые характерно хлопают и разводят руками. Этот звук мы с Андрюхой с удовольствием пародируем. Бонусы в «чертях» как правило, небольшие, зато выпадают чаще. Вот такие «автоматы-приматы».
Да, немного о себе. Меня зовут Станислав, проще говоря, Стас. Работаю я, …в общем, в офисе с бумагами вожусь. Типичный «офисный планктон». Продвинуться пока не удалось. Да и вряд ли получится в ближайшем будущем. Характер, наверное, не тот. То ли настойчивости не хватает, то ли «стрессоустойчивости, креативности и умения работать в команде», как частенько указывают в описании вакансий. Может, просто плохо задницу лижу начальству. Хотя порой чувствовал себя прямо-таки «корпоративным самураем», свято преданным своему начальству. По крайней мере, когда-то. Даже с любовницей шефа не переспал. А ведь была возможность… Действительно, самурай…
Ладно, хрен с ней, с работой. Можно о личном. Я холост, несмотря на свои тридцать лет. Постоянной женщины сейчас нет, да и не было. Почти.… Недавно, правда, был роман со Светой, но это не то, хотя я какое-то время практически жил у нее. Недолго. Потом был долгий разговор и «останемся друзьями». Инициатором была она, что мне понравилось, так как рано или поздно расставание бы произошло, но мне не хотелось бы начинать этот разговор самому. В общем, «нет худа без добра». Никакой особой «романтики» в отношениях не было. Что касается других девушек, то эта самая «романтика» бывала, но давно и … ни к чему не привела. Либо ухаживания с моей стороны, не увенчавшиеся успехом, либо случайные и довольно-таки беспорядочные связи. «Героинями» первых были нравившиеся мне, иногда почти до сумасшествия, симпатичные девушки, а вторых – просто попавшиеся под руку девицы и дамочки.
Работа мне не нравится, и это факт. Вдобавок ко всем удовольствиям в связи с этим долбаным кризисом меня могут и уволить. С личным… тоже без перспективы. Остаются они. «Приматы» Из-за чего я играю? Однозначно сказать сложно. Ну, конечно, хочется легких денег. Ну, азарт, адреналин там всякий. Хотя я бы не сказал, что я рисковый человек. С «тарзанки» и с парашютом не прыгал. В общем, после того, как вышел из детства, склонности к риску не наблюдалось (помниться, лет в 10 убегал с приятелями из дома и с ними же затем же стащил дорогие в те времена джинсы с балкона соседей). Скорее, здесь иное. Андрюха, например, тащится даже от звуков, издаваемых автоматами и готов отдавать деньги только за то, что бы ударить лишний раз по кнопке. Пожалуй, у меня то же самое. Только меньше рискую, чем он и могу остановиться, когда выиграю. Андрюха же не уйдет, пока не просадит все, что есть в карманах. Даже если он (вдруг!) и выйдет из зала с выигрышем, то через пару-тройку часов опять туда вернется и все «скормит приматам». Однажды он так проигрался, что остался почти без денег, а до зарплаты было полмесяца. Жил впроголодь, еду брал порою в долг (в магазине, который был рядом с его работой, его знали и давали «под запись» крупу и «роллтоны») В смс, которое он мне тогда прислал, в ответ на мой вопрос «а на какие деньги ты живешь?» были такие строки: «Хлеб, вода да перловая каша – вот нехитрая пища наша». Или еще один Андрюхин «перл» по тому же поводу: «Сижу на хлебе и воде, зато приматы сыты, в рот их е…ть». Один раз он даже пошел «кодироваться» от «приматов». Дальнейшее развитие событий в его же смс ко мне : «Отдал знахарю Коломейцеву 1500 за избавление от приматов», далее: «Нажатие кнопки приводит к потере сознания. Метод основан на страхе. Рекомендую» Закончилось все через пару недель так «Сорвался я, брат - заиграл» Я представляю, с какой физиономией Андрюха подходил к автомату и осторожно пытался нажать кнопку. Должно быть, даже руку держал ладонью к себе, как электрик, на случай, если его ударит током. Не ударило, значит. Магия магией, но супротив приматов…Я как-то спросил его, есть ли способ, что бы отучить его от игры? Андрюха на это ответил: «Есть. В каждом зале мне должны бить в морду. Заглянул в зал – получил в бубен» Вот такое вот «кодирование». Прямо по дедушке Павлову. Тоже «метод, основанный на страхе» Хе-хе…
Ту-ту-ту…дзинь.… Звенит, стучит, урчит в чреве «одноруких бандитов». С завидным аппетитом поглощая денежку, автомат выдает «you lose» … Я проиграл. Я лузер… «Кац предлагает сдаться…»

Глава 2.
Увольнение Костова
«Ну вот, дошла очередь и до меня - подумал юрист отдела корпоративного права Валерий Костов, выходя из кабинета управляющего, - уволен, свободен, как слон в полете. Оно к этому и шло последние недели. Естественно, думал еще пару недель поработать, чтобы уйти к Новому Году. Но тут уже как получилось, так получилось». Валерий выругался про себя. Ситуация в фирме в последнее время и вправду ухудшалась. Как и сказал Леха, уволившийся чуть раньше, старый состав заменяют новым. «Что бы и его вскоре разогнать, когда контора окончательно сядет на ж…» - с некоторым ехидством подумал Валерий. Действительно, обстановка складывался довольно нервозная: урезание зарплат, долбанные объяснительные, падение числа клиентов. Дело шло к тому, что вскоре и ему «предложат уйти». Валерий уже прикидывал, когда ему самому подать заявление об уходе. Но получилось немного раньше. Тамара – это еще цветочки, вот управляющий – это уже ягодки - вывел Валерий. «Не зря он себе такую прямо-таки астрономическую зарплату вкупе с личным шофером у наших учредителей и «гены» выбил!». «Геной», или генеральным директором был чувак лет эдак двадцати трех от роду, до получения сего славного звания поработавший лишь немного в пожарке, где «косил» от армии. Способностей оного субъекта хватало лишь на то, что бы вконец озверевший «офисный планктон» не растащил по домам компы и прочие полезные в хозяйстве артефакты. «У нас, бедолаг, урезает – вот ему и бабло! Нас..ть бы тебе в карман, паскуда буржуйская!». Валерий снова выругался. Тамара была «начальником отдела развития», и «корпоративный отдел» тоже по факту ей подчинялся. Последние дни, несмотря на отсутствие новых клиентов, Тамара изображала бурную деятельность. Она звонила насчет корпоративного сайта, каких-то вдруг резко понадобившихся «тренингов» (последние почему-то вызывали у Валерия ассоциации с тренировочными штанами и производственной гимнастикой), с напряженным от усердия лицом смотрела в монитор, общаясь с кем-то в «аське». Выделенные пайщиками-концессионерами средства оказались съеденными прожорливым молохом аренды на недвижимость и акулами интернет - рекламы. В этом пиршестве затерялась и скромная фигура управляющего. Говоря словами одного классика: «блажен, кто посетил сей мир в его минуты роковые, его позвали всеблагие, как собеседники, на пир».
Контора тихо умирала. Освоив бюджет компании, мудрое руководство решило сокращать штаты. Дошла очередь и до Валерия. Так на обещанные 30 тысяч в месяц и не вышел, - подумал он, - опять двадцать пять! В прямом смысле». Эти 30 тысяч были его ближайшей целью в жизни, его маленьким призом, которого он снова не увидел. В последние пару лет выше уровня в 25 тысяч он не поднимался. Ничего не помогало. Ни «мониторинг рынка труда» в поисках очередного «справедливого работодателя» (на более высокую зарплату его не брали). Ни героическое корпение над документами допоздна в офисе. Ни взятая на дом работа. Ни то, что на его новых образцах уставов и прочих документов для ООО «кормился» весь отдел (летом вступила в силу новая редакция закона о вышеупомянутом ООО, под которую наш добрый ударник капиталистического труда сварганил устав, договор об учреждении и т.д.) Пришлось повозиться и с бланками заявлений, с которыми тоже был немалый геморрой. Ведь старые формы оных уже не подходили, а новые не были утверждены Правительством, несмотря на то, что новый закон был уже полгода как принят и, что еще хуже, вступал в действие. Все, как всегда, у нас через нее, родимую, и делается, - говорил тогда Валерий. Не помогли в ожидаемом «профессиональном и карьерном росте» и налаженные деловые связи. Новой компании, а его контора тогда таковой и была, для кое-каких дел были нужны номинальные директора и учредители. Наподобие зиц-председателя Фунта из незабвенного «Золотого теленка». Вот Валерий, преисполненный служебного рвения, и свел руководство со своей знакомой, которая работала непосредственно с этой публикой. Работать с самими «номиналами» непосредственно руководство в лице Тамары считало несколько некошерным. Брала она за свои услуги относительно немного, и дела потиху пошли. Но и это не спасло русскую демократию. Хочешь сей, а хочешь, куй, все равно получишь …, - злобно пошутил Валерий. Работавшая с ним девица, которой Валерий при увольнении передавал дела, потеряла телефон этой знакомой, «пасущей» «номиналов». Сложилась ситуация, в которой он мог бы заявить, что забыл телефон, или потерял записную книжку, или нечаянно удалил его из телефона. И компания оказалась бы в довольно глупом положении перед клиентами. Ибо «номиналы» от Натальи (так звали эту знакомую) были уже задействованы в парочке фирм, в одной из которых должна была произойти «купля-продажа долей» в кабинете нотариуса. Пропажа «директора от Натальи» в данном случае сделала бы это затруднительным. Но Валерий таки сказал номер телефона, и реноме конторы (чуть было не сказал «родной») было спасено.
Валерий имел уже более чем трехлетний опыт работы в этом бизнесе. Начинал он помощником юриста на 200$ в месяц плюс проездной. Обязанности - частично помощника в офисе, но в основном курьера. Он рано вставал, чтобы выехать из области в Москву и, приехав на другой конец города, занять нескончаемую очередь в налоговую, состоявшую из директоров, бухгалтеров, номиналов, бабушек – курьеров, а в основном из таких же, как он «помощников юриста». Во время начала его «карьеры» был как раз пик таких очередей. Мотался по Первопрестольной и губернии. Бегал в налоговые, пенсионные и прочие фонды, переодевался в туалете Госкомстата, чтобы два раза пройти в очереди и сдав два документа вместо положенного по «подзаборному акту» одного. И т.д. и т.п. Вникал в требования налоговых, изводя инспекторов вопросами, вечерами дома изучал документы, в метро или в очередях читал законы и комментарии к ним. Через полгода ему предложили повышение. Но не в Москве, а в недавно открывшемся питерском офисе. Так Валерий оказался в Северной Столице.
Новый город, новые надежды… Куча работы. Новый статус. Не «помощник юриста», а юрист. Так-то! В Питере Валерий проработал год с небольшим. Здесь он был не только юристом, но и «оперативным руководителем регионального офиса московской компании» со штатом аж в три человека, включая его самого, помощницу и несколько позже нанятого курьера. Помимо работы с клиентами и документацией Валерий закупал канцтовары и мебель для офиса, нанимал сотрудников, оплачивал аренду и подавал рекламные объявления, вербовал номиналов. В Питере оные по большей части были домохозяйками и «поклонниками Бахуса», в отличии от московских – в основном иногородних студентов. Сначала было интересно, затем все это постепенно стало приедаться. Душа, что называется, требовала разнообразия. Да и разум твердил в принципе о том же, ведь желательно заниматься не только регистрацией и ликвидацией набивших оскомину контор, но и чем-то более разнообразным. Так сказать, расти профессионально. Еще хотелось больше вкладывать себя в эту работу. Что-то придумывать (а Валерий с детства был «генератором идей»). Но с последним было откровенно туговато. Для решения рабочих проблем гораздо больше значил не ум и изобретательность, а умение приспосабливаться к требованиям государства, «колебаться вместе с генеральной линией». В принципе, Валерий делал и это, причем достаточно успешно. Или тупо давать взятки. На это он не шел, да и острой необходимости не было. Главным профилем питерского офиса, наряду с регистрацией юридических лиц была их «альтернативная ликвидация». Чаще всего путем слияния. Говоря сухим юридическим языком, это «реорганизация в форме слияния». Для этого в Питере регистрировалась пустая фирма на номинала. На жаргоне Валерия – «локомотив». Она и должна была «утащить» фирмы клиентов, подобно вагонам поезда. Утащить их подальше, где искать их будет проблематично. В небытие. Фирмы клиентов, как из Питера, так из Москвы и кучи других городов нашей необъятной Родины – от Калининграда до Якутска, реорганизовывались в форме слияния с этой питерской шарашкой. Слившись в любовном экстазе, они образовывали совершенно новое юридическое лицо, к которому и переходили все права и обязанности усопших контор. В том числе и долги оных. Последние получали свидетельства о прекращении деятельности. Чего им и было нужно. В новообразованной конторе директором становился, как вы уже догадываетесь, один из номиналов. Как правило, живший в Москве, но прописанный черт знает где. Другие его «братья по классу» становились «пайщиками – концессионерами» этого мертворожденного создания. В результате подобных манипуляций, проводимых в Налоговой Инспекции №15 города-героя Санкт-Петербурга, на дно Финского залива уходили партия за партией сотни контор и конторок с разных концов России. Естественно, вполне себе легитимненько. Образовавшиеся в процессе слияний фирмы – правопреемники регистрировались на адресе какого-нибудь попавшегося на глаза почтового отделения. Стоит ли говорить, что они там ни минуты не находились. Примерно через год – полтора налоговая инспекция ликвидировала их сама как не подающих признаки жизни. То бишь не сдававших отчетности и не имевших движений по счетам. Вот такая вот схема. Иногда оставшаяся «на дожитие» фирма («помойка» на профессиональном жаргоне славных питерских «сливателей») могла еще послужить добрую службу. Она теперь сама становилась «локомотивом» следующего слияния уже с новой партией клиентских фирм. Эта схема по-праздничному именовалась «елка», так как на бумаге множеством своих «ветвей» она напоминала руководству Валерия это новогоднее дерево. Но не все из клиентов хотели просто закрыть свою фирму столь элегантным образом, «слив» ее в хладные воды Балтики и забыть о связанных с ней проблемах. Кое-кто возжелал подобным же образом «прихватить» себе и чужое. А кое-кто «слился», не заплатив по контакту. И более того, заведомо не собираясь совершать эту глупость. Просто «кинув» партнеров. Имело место деяние, предусмотренное ч. 3 ст. 159 Уголовного Кодекса РФ. То есть мошенничество в крупном размере. Над конторой Валерия постепенно сгущались тучи. В московском офисе уже был обыск. Питерскому пока это не грозило, но Валерий (да и не он один) занервничал. Рукам мнилась холодная сталь наручников, а ноги сами несли к Московскому вокзалу. Желание дальше находиться в Северной Столице стремительно пропадало, и вскоре Валерий, полюбовно расставшись с прежней работой, вернулся в Первопрестольную.
Впрочем, не без приключений. Надо сказать, что все эти процедуры «альтернативной ликвидации», кроме подготовки документов, походов к нотариусу, оплаты пошлин и вытирания соплей клиентам, требовали еще кое-чего. Точнее, кого – все тех же незабвенных номиналов. Об их тяжком труде впору слагать былины, но мы ограничились парой строк выше. Однако, был период в три-четыре месяца, когда в Питере номиналов Валерий не вербовал и не «брал в аренду» у коллег по бизнесу, а регистрировал фирмы – «локомотивы» на себя. Или на своего шефа, ежели он в тот момент был в городе на Неве. После регистрации «локомотива» готовился пакет документов для слияния, и Валерий шел с оным самолично в налоговую инспекцию. Когда регистрация слияния уже произошла и радостные клиенты получали вожделенные индульгенции в виде «свидетельств о прекращении деятельности» своих почивших контор, Валерий шел в налоговую снова. На сей раз он проводил нехитрое действие – изменение в составе «пайщиков – концессионеров», выводя из числа оных своих клиентов и, естественно, себя. Генеральным директором становился кто-то из московских номиналов (чаще всего студенты из Удмуртии, зарабатывавшие свой нелегкий хлеб в Белокаменной) Т.е. в итоге в «помойке» оставались только номиналы. Причем не питерские (что бы они, вдохновленные дядями в штатском, не привели их прямиком в офис Валерия и не отвлекали его ненужными разговорами) Но тем не менее фамилию свою в документах периодически «светил». Это стало его напрягать. Чтобы улучшить свой ставший несколько беспокойным сон, наш герой капиталистического труда, проведя очередное слияние и выведя себя из состава учредителей, спихнул директорское кресло в этой «помойке» кому-то из зиц-председателей, решил завязать с этими игрищами. Теперь номиналов стали «брать в аренду» в других подобных «регерских» (занимающихся регистрацией предприятий) конторах. А позже – вербовать самим. Поскольку Валерий несколько «наследил» в документах, то по отъезду из Питера его не миновало скромное участие в действе, именуемом «допрос свидетеля по экономическим преступлениям». Проходило оное через пару месяцев после прощания с Питером уже на «фатерлянде» Валерия. Когда он отдыхал у себя дома в глухих партизанских краях. Несмотря на то, что Валерий допускал в принципе возможность чего-то подобного, вызов к следователю сначала его несколько напугал. По мере прояснения обстановки он изложил свою версию событий в протокол допроса свидетеля по ч. 3 ст. 159 УК РФ (мошенничество в крупных размерах). Вкратце она была такова: «клиентов в лицо не помню, новые директор и учредители мне лично не знакомы, акт приема-передачи задолженности не подписывал, о противоправной деятельности указанных лиц осведомлен не был». Версия эта была достаточно правдива, так как Валерий клиентов толком не запомнил и исповеди о своих грехах от них не услышал. Клиенты же, как Валерий узнал из материалов дела, «нагрели» своих компаньонов на приличную сумму, не заплатив им за поставленную партию металла. Давления «органы» на Валерия не оказывали – дело было не из их региона, имел место лишь опрос свидетеля по месту его постоянной прописки, в подобных делах здесь разбирались весьма слабо и вдобавок допрос вел следователь, являвшийся приятелем нашего героя. Так что дело закончилось легким испугом Валерия, хотя еще больше укрепило его в мысли, что «светиться» в подобного рода мутных гешефтах – последнее дело. Как любил говаривать его тогдашний шеф – «нас губят три вещи – деньги, женщины и документы». Первого у Валерия сроду не водилось, а насчет второго и третьего он был солидарен.
В Москве наш герой устроился клерком-юристом по регистрации предприятий в одну из юридических компаний. За два последующих года он сменил пару-тройку подобных контор, оставляя о себе в целом неплохую память и легкое недоумение о причинах его увольнения. Он все время искал чего-то… Да сам толком не мог сказать, чего. Зарплаты повыше? Ну да… Расширения профессионального кругозора и навыков? И это тоже – как условие для первого. Интересной работы, чтобы можно было что-то «добавить от себя»? Да, причем насколько неважно было с первым и вторым, с третьим было еще хуже. Отчаявшись добавить что-то «от себя» на работе, Валерий пытался осуществить это вне стен родных офисов. Со своим другом Стасом они разработали довольно креативный, хотя и несколько кустарный сайт. Дни и ночи работы над ним были одним из лучших в жизни Валерия. В Москве он около месяца бродил по куче контор, занимающихся разработкой и продвижением сайтов. Некоторые едва не отбили ему всякую охоту к этому делу своими ценами, от которых прямо опускались руки и самооценка, но Валерий не падал духом и таки нашел исполнителя подешевле. Заплатив аванс и предварительно «пробив по базе» своего программиста, Валерий устроился в очередную контору. Вскоре и был готов сайт. Но дела с раскруткой этого детища, несмотря на интересные рекламные ходы Валерия и лихорадочную расклейку и рекламок с придуманными им слоганами помогали мало. Не слишком помогло и рассовывание оных в качестве закладок в книжных магазинах в литературу для «целевой аудитории» сайта. Все это давало слишком мало новых посетителей. «Вирусный маркетинг» на форумах тоже мало что давал. Чтобы получать доходы от размещения рекламы на сайте и известность для осуществления прочих «проектов» Валерия и Стаса нужны были деньги.
И вот он пришел туда, откуда сейчас его «уходят». «Вот так и жили, - с сарказмом произнес он про себя, - и спали врозь, и дети были».
Позднее, уже через несколько месяцев, узнав от бывших коллег о том, что контора таки накрылась, Валерий кратко резюмировал: «что и требовалось доказать». Хорошо работать и хорошо зарабатывать оказалось далеко не одно и то же. Работать больше не хотелось.
1 2 3 4 5
Проголосовало: 0 чел.
Средний балл: 0.00
Комментарии (0)


Добавлено: 03.03.2011 00:17
Автор: Serj Van Gik
"Далеко от Бога Мексика".
Глава 3. Выход Кленовского.
Двери ИТК с лязгом захлопнулись. Бывший заключенный по ст. 159 УК РФ (мошенничество) Клен, а ныне свободный гражданин России Виктор Кленовский, щурясь от июньского солнца, вышел на улицу. «На свободу – с чистой совестью! - весело произнес он. И немного грустно добавил, - и с пустыми карманами. Пока был на свободе, денег не считал, да еще на адвоката ушло, впрочем, не зря, срок мотал меньше, чем мог бы. И свидетели нашлись, и «терпила». Счастье хоть что лишь один эпизод доказали, пошли «группой лиц по предварительному сговору». А доказали бы другие – это уже часть четвертая статьи 159. «Организованная группа». От пяти до десяти плюс штраф. Обошелся двумя годами. Прокурор хотел дать больше – давили. Впрочем, давили не слишком. Что Клен? Мелкая сошка. И дела у него у мелкие. Вот «крыша» их – начальник ОВД да ребята покрупнее – другое дело. Хотя, начальник, небось, тоже отделался дешево, только должность хлебную потерял. Да бабок у него пощипали немало. Их у него было как у дурака махорки. И все мало! Жадность в натуре фраера сгубила! Впрочем, до них теперь и дела мне нет. У меня свои расклады. Хотя бы то, что один как перст и пуст как бубен»
Впрочем, солнце светило ярко, воздух был теплым и на удивление свежим, а главное – он был свободен. От «кума» и его «шестерок». От «отморозков» и вечно закрытых дверей. От решеток на окнах. От каменных стен. Зона была «красной». «Кум» был грозен и уже до этого успел перевести в разряд «красных» парочку ИТК, а шибко недовольных «отрицал» – в разряд покойников, пристрелив их «при попытке к бегству». Чем и заинтересовал ведомственных «охотников за головами», и столь ценного кадра перевели к ним «для усиления». В колонии «кум» довольно быстро навел свои порядки. Впрочем, Кленовский, несмотря на то, что был повязан как уличный мошенник, не был особо вовлечен в «воровской закон». Он предпочитал действовать тихо и внешне жить жизнью законопослушного гражданина.
Повязан же он был в общем довольно глупо, чуть не как малолетка. Хотя виноваты в этом были не он и его подельники, а обстоятельства. Дело было так. Группа уличных кидал промышляла под «крышей» ни кого иного, как местного отделения МВД, соблюдая определенные правила, главными из которых было не создавать лишнего шума и вовремя оказывать посильную помощь сотрудникам отделения. Главным образом его руководству. Некоторое время «бизнес» процветал, но тут случилось ужасное. Жена начальника отделения позавидовала супруге одного из его коллег. Вы спросите – причем здесь это? Подождите немного. Позавидовала… и понеслось… Начальник отделения и его зам внезапно были арестованы во время очередной компании по «борьбе с оборотнями». Причина была проста как песня дятла. Жадность. Жаба ведь зверь сильный – полмира уже задавила. Дотянулись ее лапы и до злополучного начальника отделения. Да, звали его Петрович. Вообще-то его звали Алексей Петрович Нелюбин. Но чаще его звали именно так. Петрович, до последнего момента исправно «выдавая процент наверх» (не только раскрываемости, но и неучтенных статистикой и налоговой инспекцией доходов от своих «клиентов»), вдруг решил «оптимизировать налогообложение». Проще говоря, «увел в тень» некоторые из своих «проектов». То есть разного рода коммерческих структур, мелких лавочек, преступных групп, которых он опекал. Да, он порой действительно называл их так, подражая знакомым бизнесменам и Семену – заму директора одной из корпораций, с кем имел шапочное знакомство. А может, просто услышал по телику. Но звучало это солидно. Так вот, Петрович увел эти самые «проекты» вместе со всеми «контактами». То есть вездесущее начальство на некоторое время перестало быть вездесущим. Вы спросите, как такое могло случиться с нашим Петровичем? Какое помрачение нашло на доселе лояльного сотрудника? И я знаю, что вам на это ответить!
Как говорят поедатели лягушек и по совместительству законодатели мод, «шерше ля фам». Или, как говорил насчет своего попавшего в муровский полон коллеги по ремеслу приснопамятный Горбатый: «кабаки да бабы доведут до цугундера!» И таки довели. Сравнение – вещь не только неблагодарная, но порою опасная. А особенно когда одна женщина сравнивает себя с другой. И это либо приводит ее в восторг, либо начинает мучить ее нежную душу. Вот так созерцание нового дома подруги жены горемычного начальника отделения и привело дражайшую половину к душевным мукам. Шутка ли – у подруги дом куда лучше! И этажей четыре, а не жалких два, и дизайн получше. Да и бриллианты у этой стервы оказались покрупнее.… Но психологи нас учат из всего извлекать уроки. Супруга Петровича извлекла. Извлекла и начала с утроенной энергией пилить мужа на предмет удвоения ВВП отдельно взятой семьи. Муж сначала отнекивался, но потом сдался. Да и сам, честно говоря, загорелся этой идеей. Для чего и завел себе несколько левых «контактов», о которых не подозревало начальство. И пропал казак! Один из «контактов», успевший пару раз пособить чем возможно семейному горю Нелюбиных, попался на нехорошем деле. Настолько нехорошем, что лучше вам об этом здесь и не поминать. Решив спасаться во что бы то ни стало и, вспомнив заодно, что «чистосердечное признание смягчает наказание», он пошел на сделку с правоохранительными органами в лице копающих под Петровича людей вездесущего начальства. Копающие имели на злополучного начальника отделения зуб и кое-что начали подозревать. Вот и решили прижать «клиента», так как знали о некоторых его, «клиента», наклонностях, а также чувствовали нутром, что неспроста «клиент» ведет себя столь нагло на территории, подведомственной местному МВД. Значит, кто-то его «крышует». А поскольку кандидатов на эту роль было немного, то путем нехитрого вычисления участь горемыки Петровича была решена. Прижатый к стенке «клиент» в обмен на свободу сдал «патрона» с потрохами. И «пошла писать губерния»! Прошлись по всем, кто платил лично начальнику и его людям. Дошло и до нашей «бригады». Так Кленовский и пополнил на время число российских зеков.
Однако все это в прошлом. Отныне Кленовский – свободный и законопослушный человек. Одно лишь огорчало самого Кленовского – денег у него не было, своего жилья тоже.

Глава 4.Они познакомились в казино
Москва, 20.. г., за несколько месяцев до увольнения Костова.
«Кац предлагает сдаться…Кац предлагает сдаться…», - звучит в голове внутренний шизо-голос. Не було такого, шоб вьетнамцы сдавались! – проговорил про себя Стас и завернул в ближайшее казино. Надо сказать, что казино в своем нынешнем качестве доживало последние дни. В ближайшее время оно должно было отправиться то ли в далекий Приморский край, то ли в не слишком далекий, но практически заграничный Калининград, или, как его снова стали называть, Кенигсберг. Но это потом. Пока заведение не отъехало в град «готичного милитари», оно продолжало собирать дань с любителей азарта и быстрого обогащения. Каждый из которых, как и во все времена, упорно верил в свою исключительность и что именно ему, да-да, ему, мир должен по уши и таки настала пора отдавать долги. Встречались среди них и просто прожигатели жизни, «убийцы времени», или просто любопытные. Но основной контингент составляли именно они. Жаждущие. Они могли выглядеть по-разному: довольными или нет, с умной или глупой физиономией, мужчины или женщины, совсем юные или почтенного возраста, богатыми или бедными. Но одно было общим – в них была надежда на выигрыш. Эта надежда могла быть хорошо ли, плохо ли, скрываемой или не скрываемой вовсе, в зависимости от ситуации на столе, опыта, настроения, уровня самоконтроля или алкоголя в крови. Жажда. Азарт. Именно это чувство и влекло Стаса в казино. А его друга и земляка Валерия, с которым они съели не один пуд соли и снимали не одну квартиру, влекло скорее любопытство и банальное нежелание остаться одному в этот замечательный день недели. Кроме того, надо было развеяться после трудовой, мать ее так, недели. Валерий играл редко, не был азартен, но за компанию, под настроение и при деньгах мог проиграть символическую сумму.
На сей раз в казино был аншлаг. «Пятнеццо, - сказал Валерий, - священный день офисного планктона и всех трудящихся стандартную неделю» Эта фауна и заполнила добрую половину «Золотого барана», а именно так и называлось сие заведение. Название вызывало немало ассоциаций насчет своих посетителей, но именно под таким именем его знали уже несколько лет, и менять его не собирались. Бренд, он и в Африке бренд. Другую его половину еще раньше заняли праздношатающиеся из числа «золотой молодежи», солидные дядьки лет пятидесяти и разновозрастные субъекты из числа тех, кто сидит в казино с утра до утра, пока не проиграется вчистую. Стас, немного осмотревшись, сначала решил попытать удачи в рулетку. Он, поставив на черное, начал игру по «системе Мартингейла». Ее суть была в том, что, проиграв минимальную сумму, игрок снова ставил на тот же цвет, но уже с удвоенной ставкой. Если выигрывал, ставил опять такую же сумму, а при проигрыше снова удваивал ставку. Расчет здесь был такой, что шарик обычно выпадает на красное или черное почти одинаковое число раз. На черное чуть-чуть больше. Хотя в среднем почти одинаково. И, если вы проиграли сейчас, то в следующий раз вы можете выиграть в два раза больше. Но это в среднем. А что бы выяснить это самое среднее и суметь поднять на этом деньги, нужно было и соответственное количество бросков. То есть в превеликом множестве. Таким образом выиграть можно было, имея достаточно денег, чтобы выдержать несколько проигрышей подряд. Или если очень уж повезет. Что уже к самой системе отношение имело самое приблизительное.
Стасу повезло. В результате череды проигрышей-выигрышей он «поднял» небольшую, но достаточную для него сумму и, приложив немалые силы, вышел из-за стола. Немного побродив по залу и понаблюдав за посетителями, он подошел к игровым автоматам. Тут его немного «занесло». Сделав небольшие, по сравнению с рулеткой, ставки, он, постепенно их увеличивая, выиграл несколько тысяч. В этот раз сразу остановиться не удалось (дала знать кажущаяся незначительность отдельного проигрыша, по сравнению с рулеткой), но все же, немного спустив из только что выигранной у «бандитов» суммы, Стас нашел в себе силу оторваться от игры. Причем, заметьте, без обычной помощи Валерия, который в подобных случаях увещевал Стаса, взывая к благоразумию и доброй воле, а порою просто оттаскивал его от автомата. Валера после проигрыша пары сотен рассейских рупий потерял всякий интерес к игре и пошел к бару. После «заноса» отобранная у вечно голодных «приматов» сумма уменьшилась вдвое, однако он и здесь остался пусть и в небольшом, но «плюсе».
Наполненный двойной радостью – от победы над «бандитами» и значительно более трудной победы над собой, Стас подошел к барной стойке. Вообще-то надо сказать, что наш герой почти не выпивал и даже по сравнению с малопьющим Валерием был практически трезвенником. Подсев к Валерию, он заказал себе на радостях виски с колой. Выпив за удачу, они, немного скучая, смотрели на посетителей, не отказывая себе в удовольствии отпустить какой-нибудь комментарий. Особенно в адрес некоторых постоянных клиентов. Например, паренька лет двадцати с небольшим за тщедушное сложение и неумение сдерживать себя в ставках они окрестили «Дохлым Фанатом», а мужика пенсионного возраста с излишне подвижным лицом – «Резиновым Дедушкой». На сей раз «Дохлый Фанат», спустив всю наличность и не найдя более кредитора из числа сочувствующих, с понурым видом плелся к выходу, а «Резиновый Дедушка», напротив, корча невероятные гримасы, что-то рассказывал какой-то заунывного вида дамочке. Ого! Внуки уже давно, а все туда же, - смеясь, сказал Стас, а Валерий добавил, - вечно живой, как Ленин! Пока «вечно молодой» жизнерадостно рассказывал очередную историю, рядом с друзьями сел парень примерно их лет и заказал себе полста грамм водки. После у него позвонил мобильный, и, стараясь перебить окружающий шум, тот пару минут громко говорил, отвернувшись в сторону. Что-то в его речи показалось знакомым нашим друзьям, и они переглянулись. Произношение. Точнее, диалект – он был таким, как на родине наших «покорителей столицы». Из любопытства, а быть может, от желания подтвердить свою наблюдательность, друзья решили его слегка разговорить. Валерий сказал, - вот что надо заказывать, а мы тут пойло заграничное пьем! – и назвал водку так, как называли в их партизанских краях, где наряду с русскими словами вовсю ходили белорусские, украинские и даже иногда польские. Сосед по стойке весело оглянулся на них, - извиняюсь, а вы случайно не из моих краев будете? – и он назвал их поросшую лесами губернию. Из нее, родимой, - ответил Валерий. Слово за слово, они разговорились. «Виктор, в частной жизни Витек», оказался располагающим к себе работающим около года в столице бывшим выпускником колледжа с мудреным названием и маловразумительной специальностью. Филиал «межпланетной академии менеджмента и парикмахерского искусства», - со смехом сказал он, и тут же добавил, - но не стилист и не визажист. Все засмеялись. Как выяснилось, Виктор после окончания колледжа некоторое время поработал у себя в городе разнорабочим на каком-то полудохлом местном производстве, а потом подался в столицу. Нечего у нас ловить, - добавил он, с чем друзья тут же согласились. В Москве первые три месяца поработал вместе с земляками на стройке, но потом решил переквалифицироваться в менеджеры. - Квалификации у меня нет, а надрываться физически смысла нет, один хрен гастарбайтеры так зарплату сбили, что ниже некуда, - сказал с сарказмом Виктор. Вот он и примкнул к многочисленному племени столичных «манагеров». Поскольку в стройматериалах он уже немного разбирался, Виктор выбрал компанию, торгующую именно ими. Проще будет клиентов окучивать, особенно если спрашивать по товару что-нибудь будут, - пояснил он. Дела более-менее пошли, и Виктор снял с приятелем однокомнатную квартиру, перейдя туда из вагончика для строителей. - А вы кем трудитесь, земляки? – спросил он Валерия и Стаса. Друзья вкратце поведали о своих занятиях. Узнав, что Стас тоже «манагер по продажам», причем ранее немного побегавший «подаваном» (от слова «подавать») у адвоката в родных пенатах, а Валерий сначала был рабочим в цеху, а потом юристом по регистрации предприятий, Виктор проникся к ним прямо-таки классовой солидарностью. И тут же спросил Валерия: слушай, земляк, тут у меня один вопрос небольшой к тебе, можно? – валяй, - ответил бывший почетный ликвидатор. И Виктор поведал о том, что его сосед по комнате, тоже земляк, студент одного из московских ВУЗов, когда-то предлагал ему левый заработок. А именно, стать директором в нескольких фирмах и подписывать, когда потребуется, некие бумаги. Делать ничего не надо, а подработка есть. Виктора это не слишком вдохновило, и от предложения он отказался. А сосед так и стал периодически бегать по нотариусам, налоговым или банкам. В общем, всюду, где требовалась его драгоценная подпись. – И вот скажи мне как специалист, это безопасно или нет, так как мнения я по этому делу слышал разные? – спросил Виктор у Валерия. Экс-ликвидатор и вербовщик зиц-председателей ответил, что, как правило, безопасно, «хотя по органам потаскать могут», но бывают и случаи похуже. Если на тебя тупо регистрируют фирму и открывают счет, а дальше все делают сами обычно ничего – если что, скажешь, мол, ничего не знаю и все такое, - сказал Валерий, - а вот если уже финансовые и хозяйственные документы начнешь вовсю подписывать, то могут быть неприятности, хотя тоже не факт что посадят. Как-то так, - подытожил он. На что Виктор поблагодарил его и заявил, что примерно этого и ожидал.
– Чуйка у меня на это была, - пояснил он, - вот и земляку это передам, если послушает меня, а не своего Диму из Медведково.
– Какого Диму? – неожиданно взволнованно спросил Валерий.
– Хрен его знает, говорит, он все мутит со студентами, фирмы на них записывает, а офис вроде у него в Медведково, или нотариус там у них, не знаю, а что?
– Да есть тут один Дима из этих же мест, так на нем вообще пробу негде ставить: и нотариусов печати подделывает, и «номиналов» его таскают менты регулярно, и с оплатой прокинуть может, и дела у него вообще мутные, как и он сам. Дел с ним имели мало, но впечатление осталось, да и в нашей тусовке вести быстро разносятся, - пояснил Валерий.
– Значит, еще меньше резону доверять такому фармазону, еще отправит вас на зону, - с невеселым смехом зарифмовал Виктор.
– Пушкин жжот! – засмеялся Стас, и веселое знакомство продолжилось. Выпив еще немного, они стали подходить к такому состоянию, которое предполагает клятвы в дружбе и обещания «помочь, если что…», сопровождаемые битьем в грудь и, как правило, благополучно забываемые сторонами. Но у правил есть и исключения. Как это ни странно, но это веселое знакомство стало именно таким исключением… Новые приятели обменялись номерами, и Валерий изрек, - Да, прибыли мы не из самого богатого места, и тут нас не сильно то ждут, так что надо хоть иногда помогать друг другу. Далеко от Бога Мексика ….
– Какая Мексика? – недоуменно спросил Виктор,
- Да пословица есть такая. Лет сто назад один мексиканский политик сказал, мол, далеко от Бога Мексика, да близко от Соединенных Штатов. А я от себя переиначил ее: далеко от Бога наша Родина, да близко от Чернобыля…
- Это верно, - вздохнул Виктор. Знакомство продолжилось, причем при весьма интересных обстоятельствах.
Через пару месяцев наши герои встретились вновь. Точнее, раз-другой они виделись, но ненадолго, ибо из-за очередного завала на работе времени не хватало. Плюс у Стаса, а затем у Валерия, появились подруги, и выходные обычно посвящались им. Тем не менее, очередная «большая встреча» произошла. Причем не где-нибудь, а снова в казино. Теперь уже подпольном. Не будем наводить на это заведение излишней черной романтики – это был бывший игровой клуб с рулеткой и покером, не захотевший покидать столицу и осваивать черноземные степи или балтийские берега. По слухам, там их никто не ждал, а ожидаемые «лас-вегасы» представляли собой недорытые котлованы или одиноко стоявшие столбы в чистом поле. В общем, ничего страшного, просто бизнес. И администрация, и значительная часть бывшей клиентуры «Золотого Барана» тоже ушла в подполье. В прямом смысле, ибо теперь они находились в полуподвальном помещении. Когда казино должно было вот-вот закрыться и ужас «ломки» пресного существования вставал воочию перед бывшей паствой божества азарта во весь свой рост, на нее снизошла благодать. Среди наиболее верных адептов рулетки прошла «секретная информация» о будущем местоположении их любимого заведения. Не обошла она и Стаса. Когда наступил долгожданный выходной, а подруги уехали к родителям, он решил тряхнуть стариной. Наш азартный герой взял себе в сопровождающие Валерия и нового приятеля.
После несколько комично смотрящегося «обмена паролями» с охраной наша троица вошла на территорию нелегального казино.
– Романтика, е….. - засмеялся Виктор. В полуподвальном помещении, а точнее, в нескольких его комнатах, снова собрался «цвет» «Золотого Барана» плюс несколько незнакомых субъектов. Помимо рулетки и нескольких «приматов» народ заседал за игрой в покер, и глаза Стаса загорелись. Надо сказать, что он довольно неплохо играл в покер, особенно в техасский. И даже брал первые места в онлайне среди любителей. Поэтому он, практически не воздав должного «приматам», сразу сел за стол. Но здесь его ждал сюрприз.
Ставки сначала были, как водится, символическими. Потом немного возросли. Игра шла с переменным успехом, потом Стас стал выигрывать. Его охватил азарт. Ставки еще поднялись, и тут он раз за разом начал проигрывать. Горечь поражений и возбуждение от недавнего успеха требовали реванша, и он стал просить «счастливый пятачок» у Валерия. «Счастливым пятачком» они между собой называли некий неприкосновенный запас, который никак нельзя было ставить. Название это пошло от случая, произошедшего с ними несколько лет назад на их родине. Во время летнего отпуска отдыхавший дома Валерий решил съездить в соседний город подлечить зубы (все-таки дешевле), а заодно подзатариться на местном недорогом рынке и просто прогуляться. Стас поехал с ним. После того, как все пломбы были поставлены, наши герои решили навестить «одноруких бандитов», переживавших тогда начало своего рассвета. А перед поездкой мать тогда еще совсем молодого Стаса дала ему «счастливый пятачок». Друзья играли, пока у них почти не закончились имевшиеся на руках деньги. Причем их уже не хватало на билет до дома, куда ехать было не меньше часа, стало быть, пешком идти было явно не из легких. Тут и помог «счастливый пятачок», найденный отчаявшимся было Стасом при судорожном перетряхивании карманов. С тех пор он зарекся играть на все имеющиеся деньги, причем на всякий случай отдавал «неприкосновенный запас» не поддающемуся азарту Валерию. Тогда он точно мог остановиться.
И вот Стас запросил «счастливый пятачок». Валерий отказал. Стас повторил. Теперь Валерий отказал жестче. Неизвестно, чем бы это закончилось, но тут подошел Виктор, и шепнул что-то на ухо Валерию.
– Послушай хоть Витька, раз меня не хочешь слушать, - сказал Валерий.
Стас недоуменно посмотрел на Виктора, а тот тихо, но достаточно четко сказал, - Стас, уходи. Здесь профи. Обуют начисто. И не пробуй.
Стас немного помялся, но через несколько секунд заявил, что он выходит из игры. Другие игроки несколько смутились, но виду не подали.
- А с чего ты вообще взял, что они намахивают меня, и что это профи? – спросил Стас Виктора, выйдя из казино.
- А ты видел, как они тебя сначала подначивали, проиграв для вида? А потом чуть не обули по полной. Да и видел я кое-что еще…
- И что?
– Ну, во-первых, у одного из них перстень был на руке с маленькой такой зазубринкой, что бы карты метить, если вдруг банк метать будет, а во-вторых, он знаки второму хмырю, рыжему, подавал. Практически не видно постороннему человеку. А я знаю.
– Откуда? В кино видел или вообще показалось? Или ты, может, сам крутой катала, а мы тут в неведении?
– Ну, во-первых, не крутой, а во-вторых, не совсем катала. Я по смежной части.
– А это как не совсем? По какой такой смежной?!?
– А вот так…
И Виктор вкратце поведал свою историю…
Выслушав, несколько потрясенные Стас и Валерий, уже по-другому посмотрели на своего приятеля.
– А теперь ты завязал, значит?
- Завязал, как видите.
– А почему ты помог мне, а не бывшему коллеге?
– Ну мы с ним не совсем коллеги, да и бывшие. А вы мне как-никак приятели, земляки, да и Валерий помог мне соседа своего образумить. А то бы еще довели хрен знает до чего эти замуты. – Благородный жулик, стало быть?
– Вроде того, почти по О.Генри.
– Виктор засмеялся. Стас и Валерий тоже улыбнулись. Ладно, благодарю. А ты неплохой малый. Да и похожи мы в чем-то…
Виктор оправдал эти слова. Они действительно оказались во многом похожи. «Благородные жулики», как оказалось, есть не только в книгах или кино. Это стало началом больших перемен в жизни наших героев. К лучшему ли? Ну, сложно сказать.… Наверное, да. Ведь «хорошо то, что хорошо кончается». Впрочем, не будем торопить события, расскажем по порядку…
Через несколько часов после увольнения Костова.
Началось все с понедельника. Точнее, с мрачной физиономии приехавшего с работы Валерия.
- Уволили нахрен!
- Как уволили? Так быстро? За что?
- Да ни за что. Сокращение штатов. Начали с Невады. Там один хрен полигон да «бандиты». Пьеса «сокращение строптивого».
- Бл…, да какой же ты строптивый. Для меня ты просто пример терпения и трудоголизма!
- Ну и на старуху оказалась проруха. Про..али бюджет, клиентов все меньше и меньше, вот и начали сокращать. Пару человек уволили «по собственному». Ну и вот, дошла очередь и до меня.
- Да уж.… А пособие выплатят?
- Да должны.
- И что делать собираешься?
- Да не знаю. Надоело все, Стас.… Пахал, пахал на них, и тут на тебе. Да и последние недели все так и норовили подковырнуть. Сука, как же меня достало все! С зарплатой опять же на…ли, тридцатку так и не дождался. Впрочем, не я один.
- Да.… Опять двадцать пять…
- Во-во. В точку. Надоело. Не хочу работать.
- Ну, ты прям как я становишься. Я тоже замахался вкалывать на дядю.
- Ну да, один черт никто не оценит. Может, где-нибудь и оценивают, но сам я не видел.
- А ты же вкалывал на них как Папа Карло!
- Ну да. Буратино богатенькие.… А я как всегда лохом и шлемазлом оказался!
- Да, я и сам что-то все меньше и меньше хочу на своих начальников работать. Достало все, сука! Если уже и таких людей как ты, увольняют, то я представляю, что у вас там за контора. Что делать, блин, не знаю! Никакой, сука, перспективы!
- Да. Никакой.
- И что делать, Валера?
- Не знаю. Честно говоря, вообще не хочу работать.
- На тебя не похоже. Это что-то новенькое!
- Как говорил один наш общий знакомый, все когда-то бывает в первый раз. Как говорил другой наш общий знакомый, «надо искать…», а, помнишь?
- Ага! «Искать способы быстрого обогащения»! Помнишь, у нас по мелочам как-то получалось? Правда, больше для прикола, но неплохо, креативненько так, а?
- Ну да, Стас. Было такое. Особенно прикольно, как у меня зампрокурора собирался нефть искать там, где ее отродясь не было! Если бы тему эту раскрутили, можно было бы неплохо подняться. А главное, попробуй докажи, что мы это замутили!
- Во-во! Ты иногда просто кросавчег!
- Ага! Только сидеть неохота.
- Ну да, надо аккуратно. Если что, можно у Виктора проконсультироваться.
- Смех смехом, а черт его знает. Все равно просвета нет. На квартиру один хрен не заработаешь честно на наших должностях да с нашими умениями. Карьера, чувствую, уже никогда не сложиться. Иллюзия все это.
- А что, может, и правда с Виктором обмозгуем? Чувак он вроде неплохой.
- Да он тоже на днях жаловался по телефону на свое начальство, мол, надоело все, с зарплатой накалывать стали, мозги имеют и все такое.
- Ладно, давай поужинай хоть. Потом подумаем.
- Давай, что у нас там?
Поужинав, друзья немного отдохнули и скинули смс Виктору. Тот вскоре перезвонил. Поговорили о том, о сем, и Стас вкратце изложил ситуацию. Виктор немного помолчал, потом посочувствовал и ругнул «этих буржуев», как Валерия, так и своих. И сказал, что тоже не знает, как подняться в этой жизни законным путем.
- Ладно, чуваки, дальше уже не совсем телефонный разговор, понимаете?
- Понятно, Вить. Сам-то когда свободен будешь?
- Раз такое дело, завтра вечером.
- Ок!
На следующий вечер друзья собрались вместе на квартире у Стаса и Валерия. Разговор был нелегкий. И выводы сделали они соответственные.
1 2 3 4 5
Проголосовало: 0 чел.
Средний балл: 0.00
Комментарии (1)


Cтраницы:
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12

Добавить в раздел «Проза сезона»

Вход для зарегистрированных пользователей
логин :
пароль :
 
Регистрация на сайте  Регистрация
Наиболее популярные
Шоу Трумэна На мир глядим мы сквозь стекло И красим в выдумки...
20 бал. / 4 чел.
"Красная Шапочка" на разный лад, на мой взгляд, очень похоже... Эдгар...
15 бал. / 3 чел.
А я и не спешу...
5 бал. / 1 чел.
Спина уважаемого человека...
10 бал. / 2 чел.
Мелодия называется «Бэтман и Кацман»
5 бал. / 1 чел.
Ах! Карнавал, карнавал!!!...
5 бал. / 1 чел.
"Стиль для небогатых" «Не все мы, к сожалению, олигархи. Плохо...
10 бал. / 2 чел.